К обеду довольная Лори доложила, что справилась, Дживс подтвердил что «чётко и быстро», ну и после обеда, полез я в Краба, тестировать новинки, ну и тренироваться в колдунстве, заодно.

Новинки, в целом, были неплохи: отзывчивость Доса на команды ощутимо повысилась, клешня была вообще замечательной. Правда резак несколько «смещал центр тяжести», за счёт себя и запаса топлива, но некритично, вопрос привычки.

А вот дальше пошла херня, от которой у меня чуть мозги носом не вытекли. Если кто-то думает, что проводить тренировку, одновременно пытаясь запихнуть в память многотысячисимвольную абракадабру, нацелить её на конкретную (ещё и движущуюся, чтоб его, потому что тренировка!) область и воздействовать колдунской мышцой — просто… То я ему клешню в жопу засуну и проверну.

Это был реальный пиздец! К вечеру я, к своему собственному вялому удивлению, справился. Но вываливался из Краба кучей нихера не соображающего, вяло бормочущего «в койку» студня.

То есть я даже не понял, как повлияло моё колдунство, да и, по моему, вообще ни хера был не в состоянии «понимать». Добрался до каюты, по моему, на четвереньках. По моему, под бочок притулилась Лори, что-то хотела, но я буркнул «угу», сгрёб девицу в охапку и уснул.

На следующий день я проснулся с головной болью и твёрдой уверенностью, что Дживса, педерастического металлического садиста и засранца, надо жестоко карать! Ну, в педагогических целях, как минимум, отметил я уже с чуть прошедшей башкой, после душа и завтрака. Так-то полезно вышло, кто спорит, да и тренировка… Но карать всё равно надо, факт.

Проверка «зачарованного» Краба показала, что не зря я мозги из ушей выжимал: разницы в плане «отклика» с телом я не заметил вообще. Конечно, разная «развесовка», габариты, инерция… Но в остальном — тело и тело, прекрасно ощущаемое и управляемое, без ощутимых ранее несколько раздражающих «подвисов».

По оружке же я удоволетворился «устным докладом» железяки: при всём своём несомненном скотстве и садизме, херовом чувстве юмора и прочьей фигне, в важных делах этот паразит не подводил.

— Пробойник стал прочнее на 36 %, сэр, вязкость выросла на 17 %. Все известные мне бронепокрытия Досов пробивать гарантированно будет, с вероятностью повреждения инструмента менее процента, — вещал Дживс. — С плазменным резаком, срок безопасной работы в форсированном режиме вырос до трёх минут, перегрев инструмета приведёт к нарушению структурной целостности не ранее этого срока.

— Охеренно, — довольно констатировал я, пощёлкивая клешнёй и помахивая резаком.