Внутри укрытие оказалось совершенно невзрачной комнатой десять на десять метров, без мебели или чего-то примечательного. Глаз зацепился только за огромное количество надписей на стене. Помимо обычных, маловразумительных, похабных, здесь имелось огромное множество других, наполненных иным смыслом:
«Здесь был Ветерок».
«Тут были Тропа и Квашня».
«Рикошет, Рохля, Дурак, Восторг и Удав! Мы закрыли данж уже трижды! И у вас всё получится!»
«Выхода нет».
«Я хочу домой»
«Горняк, мы тебя помним».
«Локомотив, вечная память».
«Дочка, папа скоро вернётся, дождись меня».
И многие другие надписи. Их здесь тысячи, десятки тысяч. Мелкие и большие. Не знаю, кто первый это начал, но продолжили многие. Только сейчас увидев количество надписей, осознал, насколько же давно люди ходят сюда. Это укрытие далеко не единственное на втором ярусе. Однако что-то мне подсказывало, что в каждом я встречу вот такую же картину. Слова радости, отчаяния, подбадривания, чьи-то эпитафии и просто крики души…
Но пробирало это, конечно, знатно. Не один я застыл, всматриваясь в надписи. Сдоба и Суслик читали, и лица их мрачнели. Единственная, кому было плевать, — Хвоя. Да и не могла она читать из-за своего недуга. Девушка прошла к дальней стене, села в позу лотоса и принялась медитировать, восстанавливая потраченную силу.
— Суслик, снимай броню. Надо посмотреть, что у тебя с рёбрами, и заняться лечением, — бросил я ему, пряча арбалет в кольцо и скидывая небольшой рюкзак с припасами на землю.
Глава 8
Ранение Суслика оказалось серьёзнее, чем мне думалось вначале. Слив на него весь оставшийся у меня запас магии, получилось поставить его на ноги. О каком-то полном исцелении речь, конечно, не шла, но это сможет потерпеть до возвращения домой, к нормальному лекарю. После того как Суслик смог с некоторым облегчением выдохнуть, мы наскоро перекусили и занялись восстановлением потраченных сил и очков магии.
Благодаря умению «источника», полученного от прокачкидуха , я смог полностью восстановиться достаточно быстро. После этого оставалось лишь нормально поесть и немного отдохнуть. От идеи ночевать в комнате мы отказались. Можно сказать, изучение второго этажа только началось, и с момента начала нашего путешествия прошло не так уж и много времени.
Откусывая мелкие кусочки вяленого мяса и запивая их чистой водой из фляги, я развернул перед своим мысленным взором карту второго яруса. В это же время Суслик занимался тем, что колдовал над своим мечом, тихо что-то шепча, а Сдоба говорил с Хвоей. Хотя тут уместнее было бы сказать, что говорил только он, а девушка лишь слушала, временами что-то односложно отвечая.