— Шесть? — задумчиво повторил граф. — Это который в Завеличье?

— В Завеличье девятый, а шестой — вспомогательный на востоке, — объяснил Мориц. — Сейчас как раз пустует.

— Ах да, вспомнил, — обрадованно сказал граф. — Да, этот вариант меня устроит. И когда вы сможете организовать доставку?

— Послезавтра вечером, — после недолгой паузы ответил Мориц.

— В таком случае, держите ключи, — медленно сказал граф. — Вы же понимаете, что если вы меня разочаруете…

— Я вас не разочарую, герр граф, — самодовольно заявил Мориц. — Каждый должен думать о своем будущем. А у меня жена и трое детей.

«Шестой продовольственный склад, — повторял я про себя. — Когда вернусь в Псков, надо будет достать план города и узнать, где шестой продовольственный склад». Я просочился между кустами и изрядно порушенным кирпичным забором и скользнул во внутренний двор дома. В сумерках успел заметить, что в окне первого этажа на секунду мелькнуло чье-то лицо. Мелькнуло и тут же исчезло. Да и черт с ним. Все равно в сгущающейся темноте моего лица не разглядеть. Значит если эта рожа за окном — немецкий осведомитель, то описать меня толком все равно не сможет.

Ага, вот и тот самый дом с подвалом-убежищем. Я остановился, не дойдя до двери пару шагов. Голоса. Похоже, Степан общается со своими комсомольцами.

Подожду заходить, пожалуй. Послушаю…

Я обошел дом и присел рядом с утопленным в земле подвальным окном. Здесь было слышно более, чем отчетливо. «Что-то у меня сегодня день проходит под знаком подслушивания», — мысленно усмехнулся я.

Разговор был явно где-то на середине. Комсомольцы спорили. Один из них убеждал других, что нужно выбираться из города и примыкать к партизанскому отряду. Ему возражали, что, мол, партизаны могут решить, что мы засланцы и перестрелять на подходе.

— Эх, сынки, все-то вам объяснять надо, — встрял в спор, опасно приблизившийся к горячей точке, Степан. — Ежели не с пустыми руками придете, стрелять никто не будет. Партизанам ведь все время что нужно?

— Что? — переспросил один из комсомольцев.

— Оружие, боеприпасы и продовольствие, — назидательно провозгласил Степан.

— Откуда ж мы это возьмем? — фыркнул комсомолец. — Жратвы у нас самих кот наплакал, а оружие…

— Так я к чему веду-то, сынки! — Степан понизил голос до драматического шепота. — Я когда сегодня ходил в комендатуру, прослышал, что по северной дороге машина с патронами пойдет. Я как знал, что эта информация может ко двору прийтись и номерок записал. Ежели я все правильно сосчитал, то к часу ночи груз этот будет аккурат возле Покровской…