Долго в яблочном салоне якудза не задержались. Спустя несколько минут они вышли, за ними вышел и главный управляющий магазина, неся пару пакетов и смотря исключительно на асфальт токийской мостовой. Он передал «покупки» кому-то в окно затонированной машины и начал низко кланяться, щебеча о том, какая это для него была честь подарить новейшие смартфоны гаядзинов уважаемым людям.

ПоставивМаячок на машину якудза, я побежал в метро.Сканы татуированных братков поведали мне об их дальнейшем маршруте. Пока они будут добираться до своей малины по токийским пробкам, я под землёй их точно опережу.

Хорошо, что час пик давно завершился. Мне не пришлось примерить на себя образ шпротины в консерве. Проехав несколько станций и выскочив вновь под ночное небо, я побежал наперехват. Засаду я организовал в Кабуки-тё, квартале расположенном в туристическом центре Токио, районе Синдзюку. Это был местный гадюшник, полный борделей и баров. Не удивительно, что именно тут располагалась малина тех якудза.

Сойдя с яркоосвещённой неоновыми вывесками главной улицы, я встал в одном из многочисленных переулков, который был обшарпанным, узеньким, но чистеньким. Такие ответвления вели к заведениям для удовлетворения почти любых запросов. Но долго загорать в одиночестве под светом неоновой рекламы мне не пришлось. Подошедшего ко мне японца в ярко-жёлтом плаще с надписью «Удовлетворение», я вежливо попросил оставить меня в покое. К чёрту этого гида местных сексуальных забав, вряд ли меня что-то здесь в этом плане порадует. Проституция в Японии запрещена, да и местные женщины, с моей точки зрения, страшные, у меня банально не встанет.

Тойота наконец добралась до моего переулка. Выскочив из него, я встал поперёк дороги. Движения машин тут почти не было, сейчас только наглые хозяева этой ночной жизни неспешно рассекали на своём черном сенчури, отгоняя туристов и извращенцев автомобильными гудками.

На звуковые сигналы водителя я отреагировал поднятым средним пальцем и ударом по локтю. Из машины вылетела та парочка в деловых костюмах и вслед за ними ещё и водитель. Очень обиделись на мой «невинный» жест. Я юркул обратно в переулок, и когда в него залетела троица, открылПортал , отправивший преследователей в гостеприимные казематы подпространства.

Вернувшись к тойоте, я открыл заднюю дверь. Оттуда на меня взглянул подросток, который начал угрожать мне своим отцом, одним из местных боссов. Поток его ругательств был для моего русского слуха очень неприятным. Никакой изящности, интеллекта, гармоничности и поэтичности. Плохо японцы ругаются, скучно.