— Вы давно работаете здесь? — поинтересовался я, чтобы нарушить тягостную тишину.

— Достаточно, — коротко ответил судмедэксперт, — Меня зовут Юрий Андреевич, — решил он, наконец, представится.

— Я в курсе. Дежурный назвал ваше имя.

— Вот болтун, Петруха. Знаете, — он чуть замедлил шаг, — Будь моя воля, я бы вас, вообще, не пустил, но связываться с вашим начальником себе дороже.

Хмыкнул.

— Что есть — то есть.

— Учтите, ничего сверхъестественного вы там не увидите, обычные жертвы преступления и никакой чертовщины.

Мы подошли к металлической двери с кодовым замком. Семён Владимирович набрал комбинацию, замок щёлкнул, и мужчина дёрнул тяжёлую створку на себя.

Сразу же потянуло холодом, который нельзя спутать с обычным сквозняком или неудачно настроенным кондиционером. Это был тот самый морозильный холод: сухой, цепкий, в котором тепло человеческого тела тает, как пар в морозное утро. От него стыла не только кожа, от него стыло всё внутри, начиная от кончиков пальцев и заканчивая теми частями души, которые человечество предпочитает не замечать.

Помещение освещалось бледными лампами. По стенам, в несколько рядов, располагались металлические ячейки с выдвижными столами. Некоторые были закрыты, а на других уже лежали тела, укрытые простынями до подбородка.

— Вот, — сказал Юрий Андреевич, подойдя к одному из рядов, — Эти — из Филёвского парка, — он кивнул на три соседние секции. — Ате двое — из той вашей усадьбы, — он показал чуть дальше, где тоже виднелись очертания человеческих фигур под белой тканью.

— Стоп, — я резко развернулся к судмедэксперту, — но тел же должно быть больше.

Хабаров флегматично пожал плечами.

— Так там и так всё понятно, причина смерти установлена, вскрытие произведено. Чего родственников мурыжить? Они хотят похоронить своих дочерей, проститься по-человечески. Дмитрий Александрович дал добро. Забрали тела сегодня утром.

— Твою дивизию, — прорычал сквозь зубы, — А эти? Их ведь наверно тоже родственники ждут.

— Я тебе что, энерджайзер? У меня и так ненормированный график работы. Ты посмотри сколько «клиентов», я всех обслужить не успеваю.

— А ваш напарник, то есть сменщик, второй судмедэксперт?

— Ногу сломал, на больничной. Я не успеваю вскрытия делать. Полковник сказал, что по этим жертвам дело передали вашей структуре, можно не торопиться, так что… пока лежат, есть не просят. У меня и без них работы хватает.

— Так почему сразу не к нам привезли?

— Вы меня спрашиваете, молодой человек? Я всего лишь скромный работник морга.

— Ага, конечно, скромный… — проворчал себе под нос.