— Это раньше. Хотя, я и сейчас могу. Может тряхнуть стариной? — на мгновение глаза хозяйки лесной избушки загорелись ярким пламенем азарта и предвкушения, но через некоторое время погасли, — Нет, не стоит, а то наворочу таких дел, потом разгребать лет двадцать придётся.

Говоря это, старуха суетилась у печи, доставая оттуда пышные, ещё не успевшие остыть пироги.

Странно, почему я не почувствовал их запах, когда только зашёл в избу? Может Яганна наложила какие-то скрывающие чары?

Вполне возможно. По-другому я объяснить сей феномен не мог.

Сейчас мы с Варварой сидели за столом, а по комнате разливался яркий аромат печёного теста, тушёной капусты и чего-то мясного. Пузатый самовар, который ведьма сразу же водрузила на стол, начал закипать, Яганна быстро выставила на покрытую скатертью столешницу глиняные чашки, на дне которых лежали странного вида травки.

Увидев мой скептицизм, ведьма хмыкнула.

— Не бойся, не отравлю. Всего лишь укрепляющий сбор. Тебе понравится.

Пожал плечами, глянул на расслабленную Варьку, которая уже ухватила заполненную кипятком чашку и попыталась отпить.

— Погоди, торопыга! Дай завариться, — рявкнула Яганна, да так громко, что Варвара, вздрогнула и резко вернула её обратно на прежнее место.

— Эй, я ведь могла и обжечься.

— Впредь наука. Забыла, как нужно вести себя в гостях? Совсем от рук отбилась, надеюсь, ты научишь девку уму да разуму, — глянула на меня старуха.

Кивнул в ответ.

С такой спорить себе дороже, проще согласиться. Хорошо хоть сам не потянулся за чашкой, а ведь такой порыв был, тогда бы и меня отчитала, как нерадивого мальчишку.

Когда на столе оказалась горка пышных, румяных и одуряюще пахнувших пирожков, хозяйка пододвинула стул и тоже уселась чаёвничать.

— Кушайте на здоровье, гости дорогие.

— Благодарим за угощение, — ответила Варвара и тут же сцапала пирожок, с удовольствием откусывая и запивая импровизированным чаем.

Осторожно сделал глоток и очень удивился, вкус был интересным. Это не то противное варево, которое я пил у волколаков, но и не то — чем меня потчевала Дарина.

Показалось, что на языке лопнуло множество мелких пузырьков, проникая в пищевод, а затем в желудок. Внутри словно взорвался фейерверк. Усталость, которая сопровождала меня последние дни, улетучилась без следа. Заговоры и настойки деревенских ведьм не смогли сделать то — с чем справился глоток заваренного Яганной «чая».

— Неплохо, — покачал головой и улыбнулся.

— Ты ешь-ешь, Кромешник, потом разговор вести будем.

Я покосился на бабку.

Ага… Накормила, напоила, осталось спать уложить, да в печь засунуть.