— А ты кто такой? — спросил меня император, сдвинув брови.
Пожимаю плечами. Называть свою фамилию не вижу смысла. Очевидно, императору она ничего скажет.
— Взять его тоже, — добавил император.
М-да. Похоже лексикон у местного императора не блещет разнообразием. Слово «взять» он произнес трижды в пяти коротких предложениях. Больше я сказать ничего не успел. Кто-то шмальнул в меня из парализатора, и я отрубился.
Глава 28
Очнулся уже в обычном мире… причем в постели. Как добрался до кровати, не помню, а над городом Кустовым поднимается солнце. Еще и проспал до утра. Позвонил Белкиной, и она взяла трубку почти сразу.
— Кротовский, не может быть…
— Чего не может быть? — слегка напрягаюсь.
— Ты мне, наконец, позвонил.
— А… да уж… сподобился… ты как?
— В порядке.
— Что там было? У импертора… после того, как меня отрубили…
— Меня тоже отрубили, — Белкина вздохнула, — Но потом довольно скоро обратно прирубили. Потом допросили. Потом отстали… но тебя я больше не видела.
— Понятно. Раз от тебя отстали, от меня и подавно отстанут. Встретимся в Киртасе, — хотел прервать звонок, но Белкина опередила.
— Кротовский, подожди… не отключайся.
— Слушаю.
— Я вот что подумала. Ты можешь открыть торговое представительство в моей области. А заодно обустроить продажу запчастей и обслуживание грузовиков и тракторов. Тогда мои фермеры станут покупать твою продукцию с большей охотой… или я глупость говорю?
— Никакую не глупость, — заверяю, — Белкина, ты умница. Почему я сам до этого не додумался…
— Вот и хорошо.
Белкина осталась довольной. Я тоже доволен. Продую выборы, смогу торговать хотя бы в ее Белково. А это уже немало. Правда, завтракать все равно пришлось в довольно нервной обстановке. В ратушу заявилась Мила Хоромникова:
— Мне портят всю коммерцию. Навесы разобрали, ларьки посдвигали. Совершенно невозможно торговать в таких условиях.
— Мила, садись с нами, — приглашает Анюта.
— Я не голодна.
— Хоть чаю попей, — Анюта поставила на стол еще одну чашку, — Сегодня выборы. Весь город на площади соберется. Завтра вернем все ларьки на место.
— Ладно. Чаю попью, — Мила позволила за собой поухаживать. Анюта наложила ей варенье в розеточку и оладьи на тарелку.
— Мила, сегодня по всей видимости выборы мы с треском проиграем. Программу отсроченных платежей за машины придется пока приостановить.
— В курсе, Кротовский. Уже остановила. И так долговых расписок на круглую сумму. Даже папенька говорит, что в долг таких сумм никогда не давал…
— Чай пьете, — в комнату вошла Ева.
— Будешь с нами?
— Куда там… не до чаю… мне скоро выступать перед избирателями, — Ева подошла к окну, — Весь город собрался. Последний шанс перетянуть людей на нашу сторону.