— О! А это к вам! — голос Боансэ отвлек меня от мыслей.
Я удивленно посмотрел на хозяина мясной лавки.
— Там, внизу, господин Фредерик, — пояснил Густав, который снова занялся своим любимым делом — наблюдением в окно.
Признаться честно, я думал, он бросит хотя бы на время это занятие из-за трупа. Но, видимо, хозяин мясной лавки был не настолько трусоват, как я о нем думал.
Тем временем вояка что-то задерживался.
Неужели какие-то проблемы внизу?
Появился он спустя минут десять после того, как его заметил Боансэ, и вид у него был довольно обеспокоенный.
— Что-то случилось, Фредерик? — спросил я у слуги.
— Да, господин, — кивнул он. — На входе я встретился с сержантом городской стражи Паскалем Рожэ, и он сказал, что нам не следует покидать город, — произнес он и посмотрел на меня.
Хм-м, интересно. Не следует или мы не можем?
— Скажи, Фредерик, а у него есть полномочия запретить нам выезд? — поинтересовался я.
— Нет, господин. Без письма из королевской канцелярии он не имеет права удерживать вас, где бы-то ни было, — ответил вояка, чем подтвердил мои догадки.
— Хорошо, — я кивнул и встал с кровати. — Фредерик, займись нужными бумагами о выписке, а я пока соберу свои вещи, — приказал я слуге, и он, кивнув, вышел из палаты.
— Я ведь вас больше не увижу? — голос Боансэ был наполнен грустью и сожалением.
— С чего вы так решили, господин Боансэ? — по- доброму улыбнулся я, смотря на наивного хозяина мясной лавки, к которому уже успел немного привыкнуть. — Разумеется, увидимся. Обещаю вам, ведь мы же друзья.
Глава 5
Город мы с Фредериком покинули около полудня.
— О чем тебя спрашивал Рожэ? — спросил я вояку, когда небольшая телега, запряженная старенькой лошадью, проехала городские ворота, и мы оказались на тракте. Карет, как позже выяснилось, в семье Кальстельморов не водилось уже более десяти лет.
— О вас, господин, — ответил вояка. — О том, как вас отравили, кто желал смерти вам и вашей семье, занимались ли вы в детстве фехтованием или были ли у вас учителя по военной подготовке, — добавил он и с опаской посмотрел на меня.
«А этот Рожэ хитер», — в очередной раз убедился я.
— И что ты ему ответил?
— Правду, господин. Что из недоброжелателей есть только семья Рошфоров, и что с детства вы не питали никакого желания обучаться фехтованию, а любили книги, — ответил мне Фредерик, который был простым и прямолинейным человеком.
Эти качества мне в нем очень нравились, как в Боансэ его честность и наивность. Видимо, прожив всю свою жизнь во лжи, я испытывал дефицит в таких положительных качествах и подсознательно тянулся к таким людям.