«А ведь он не из их шайки», — сразу же понял я, ибо выпад, который он сделал, был слишком неровным и топорным. Так закидывают сено в сенник, а не пытаются проткнуть людей.

А вот мой выпад был выполнен филигранно и, разумеется, попал в цель. Короткий укол в сердце лишил бедолагу жизни, а буквально в следующую секунду мне пришлось расстаться с метательным ножом. Он угодил прямо в лопатку одного из дезертиров, который попытался схватить арбалет.

Громко вскрикнув, он обернулся, и когда увидел, что я убил еще одного из его друзей, а Фредерик покончил с их командиром, сразу все понял и со всех ног бросился бежать.

Добить остальных не составило нам с воякой большого труда и вскоре на дороге остались лежать лишь тела дезертиров.

— Я быстро! — сказав это, Фредерик устремился в сторону леса, куда убежал оставшийся в живых разбойник.

— Не убивай. Я хочу с ним поговорить, — крикнул я вдогонку слуге, понимая, что с такой раной, какую я нанес разбойнику, далеко он не убежит. Ну а пока верный слуга гоняется за ним, я решил заняться делом.

Ну, посмотрим, что им там удалось награбить.

* * *

В итоге, когда Фредерик притащил уже умирающего дезертира обратно на дорогу, я нашел парочку кошелей с деньгами на общую сумму в тридцать серебряных и сложил в кучу оружие, из которых самым ценным оказался тяжелый арбалет. Такой даже прочную металлическую броню прошить насквозь может, и наверняка должен стоить немало.

— Узнал, где у них логово? — спросил я вояку.

— Нет у них его. Говорит, только сегодня решились пойти на разбой, — ответил мой собеседник. — Мы были у них третьи.

— А что с остальными? Убили? — задал я вопрос, от ответа на который зависела жизнь этого дезертира.

— Не убивали! — взмолился он. — Забрали деньги и отпустили!

— Вроде не врет, — ответил слуга и протянул мне нож, который был уже очищен от крови.

— Спасибо, — произнес я. — А с этим, — я смерил горе-бандита презрительным взглядом. — Замотай ему рану, и пусть проваливает на все четыре стороны. Выживет- считай повезло. Если нет, то, значит, так и должно было быть. Не надо было вставать на этот скользкий путь, — добавил я и, взяв в руки арбалет, понес его к нашей телеге.

Фредерик не стал со мной спорить. Подойдя к одному из трупов, он спокойно срезал с него рубашку, которую впоследствии порвал на лоскуты, коими забинтовал рану дезертиру.

В это время я успел погрузить все «пожитки» разбойников в нашу телегу, не взяв с собой только их еду.

Еще не хватало мне есть хлеб этих обросов.

— С телами будем что-то делать? — поинтересовался вояка, подойдя к телеге, на которой я уже сидел.