Но прежде я все же решил заглянуть в фамильный склеп.

* * *

В этот раз подъем на крышу дался мне гораздо легче. Благодаря магии я без труда забрался на ее конец и снова ощутил слабость во всем теле и головокружение — эффект действия некротической ауры цветка, название которого я не нашел ни в одной тетради Люка.

Чтобы сопротивляться вредоносному воздействию ауры цветка, пришлось «заставить» магическое сердце поработать и начать качать ману по всему телу. Стало гораздо лучше, и слабость прошла. Ну а цветок тем временем, как мне показалось, распустился еще больше, и радиус действия его некротической ауры также возрос.

«Как же мне тебя пересадить», — подумал я, наблюдая за тем, как быстро умирают насекомые, подлетая к белоснежному красавцу, польстившись на его приторно сладкий, ароматный запах.

«Хотя куда мне его пересаживать?» — вдруг пришла мне умная мысль. В оранжерее ему точно было не место.

Во-первых, он наверняка убил бы другие растения, а заодно и насекомых, опыляющих их. Во-вторых, его аура была губительна и для жителей поместья. Если честно, я бы не удивился, что окажись он где-то рядом с домом Кастельморов, то одними головными болями слуги точно бы не отделались.

«Но что тогда с ним делать?» — подумал я, смотря на цветок, которому я уже придумал имя.

— Не знаю, есть ли у тебя уже название, но тебя я пока буду называть «Ласковая смерть», — произнес я, разговаривая сам с собой.

Такое имя я дал этому белоснежному убийце не просто так, а понаблюдав за тем, как насекомые, попадая в поле действия некротической ауры, сначала становятся вялыми, а затем просто тихо умирают, впоследствии превращаясь в прах, который ветер разносил по крыше и коим набивалась трещина, где рос сам цветок, становясь его кровом и кормом.

Наблюдая за ним, мне в голову пришла одна идея. Я аккуратно приблизился к Ласковой смерти, а затем также аккуратно вырвал из его соцветия один белоснежный лепесток ромбовидной формы.

Несколько секунд я его изучал, а затем просто положил в рот и начал разжевывать. Как я и предполагал, на вкус он оказался сладко- горьким. Стоило лепестку коснуться моего языка, как ядовитое ядро сразу же активировалось, ясно давая понять, что в организм попал яд.

Первые несколько секунд со мной ничего не происходило. Да, я испытывал немного странное легкое покалывание по всему телу, но такое случалось часто, когда в мое тело попадал яд. А вот дальше началось самое интересное.

Первое, что я почувствовал, это сильное головокружение, из-за которого я чуть не свалился с крыши. Поэтому в срочном порядке пришлось начать слезать с нее. Но стоило мне ухватиться за карниз и упереться ногами в каменные стены склепа, как мои пальцы онемели, а головокружение стало настолько сильным, что я и сам не заметил, как начал падать вниз.