— Достали из огня?

— Да, машина вспыхнула как факел, с полным баком бензина. — Тяжело вздохнул доктор. — Такой молодой… Когда уже запретят эти машины с полными баком горючей жидкости? Это же бомбы замедленного действия! Есть же нормальные, безопасные водородные двигатели…

— Ладно, беру. — Вздохнул я в ответ. Попытка не пытка…

— Берёте? — Не понял меня Семён Семёнович и нахмурился.

— Берусь попробовать. — Поправился я. — Случай тяжёлый… Но я ведь как раз для этого здесь.

— А! Отлично! Что нужно от нас? — Тут же засуетился заведующий. — Люди, лекарства?

— Отдельную палату, а не вот это всё… — Я обвёл рукой общую палату, где в таком же овощном состоянии, как мой подопечный, находилось ещё десяток человек. И женщины, и мужчины — все вместе. — И несколько часов покоя, чтобы меня не отвлекали и не беспокоили.

— Понял. Сейчас организуем…

Организовал Семён Семёныч всё очень быстро. Через двадцать минут я уже склонился над телом парня и наносил на его грудь Узор Шавки. Шрамы… Эти шрамы жутко мешали, и несколько раз я думал, что ничего не выйдет. Но спустя долгий час, когда Узор был нанесён и активирован, и полыхнул в полную силу, принявшись за дело, я выдохнул. Осталось дождаться результата.

Бесцельно ждать, сидя в палате с моим потенциальным реципиентом мне наскучило быстро. Я вышел в коридор, поймал симпатичную медсестричку, и попросил показать мне ближайший автомат с кофе или столовую. Сестричка оказалась очень сговорчивой, а узнав, кто я, и что делаю в клинике, растаяла и начала строить мне глазки, недвусмысленно намекая на продолжение знакомства у неё дома. Эх! Был бы я здесь не по делам… Вполне возможно. А так, пришлось ограничиться кофе и обещанием позвонить ей…

Вернулся в палату и застал задумчиво склонившегося над моим «пациентом» Семёна Семёновича.

— Диагностической клеймо. — Легко соврал я, глазеющему на полыхающий Узор, Семёну Семёновичу. — Чем оно ярче — тем всё запущеннее. Но процесс идёт.

— Хм. Надеюсь, это клеймо не навсегда. Не хотелось бы мне объясняться с роднёй мальчика. — Проворчал заведующий, но тут же убавил свой ворчливый тон, взглянув на мониторы состояния больного. — Пациенту заметно лучше. Его показатели… Хм… Его показатели, по сравнению с теми что были пару часов назад — просто небо и земля. Могу я сделать несколько дополнительных анализов?

— К сожалению, нет. Нельзя прерывать запущенный процесс лечения. — Снова беззастенчиво солгал я.

— Да, да… Конечно, понимаю. Извините, господин Романов, что вот так ворвался в палату… Просто я видел, как Вы вышли, и подумал, что у Вас ничего не получилось… Ещё раз простите.