Как в свое время рассказывала Фаги, пустоши — это некогда цветущий край, в результате катаклизма или еще чего, превратившись в то, что сейчас из себя представлял.

Так как караван снабжал крепости на него не нападали, так как даже самый последний отброс общества понимал, что за правильным и своевременным пополнением запасов крепостей стоит их жизнь.

Возможно, что где-то это и нарушалось, но по заверениям Дреона, таких ловили свои же и выдавали страже. В общем караван шел пусть и тихо, но зато без происшествий.

Где-то на десятый день, когда мы проезжали одно из баронств, к нам приблизился отряд воинов. О чем-то переговорив, стали осматривать караван. И заметив меня, было уже направились в мою сторону, но им что-то сказал и те повернув коней у скакали.

— Чего это они? — спросил я у возничего.

— Видать пополнение искали.

— В караване? Зачем?

— Так бывает, что к нашему каравану прибиваются путники, чтоб путешествовать в безопасности. И вот как раз таких путников иногда дружины баронов берут себе. Законом не запрещено, а мы их охранять не обязаны. Этим очень пользуются бароны. Вроде как останавливают их до выяснения обстоятельств, а пока они эти обстоятельства выяснят, мы уже уйдем далеко. Нам-то останавливаться нельзя.

Как только караван уходит за территорию баронств, то барон делает предложение этим бедолагам пополнить ряды его дружины.

— И часто такое бывает?

— Не часто. Обычно, когда война начинается между соседями. Или барон задумал в пустоши пойти за добычей.

Больше мы этой темы не касались, тем более нас больше и не беспокоили ни какие отряды, а там мы уже вышли за границы баронства, и приближались к одному приграничному городу.

Город был из свободных и заседал там наместник, что подчинялся напрямую императору. Так как ранее за этот город велись нешуточные сражения, в один из дней император принял решение забрать город в свое пользование. И теперь он выполнял роль некого островка спокойствия, в котором приграничные бароны часто вели переговоры, если враждовали.

Город был обнесем крепостной стеной, имея южные и северные ворота. Южные вели к пустошам, северные в глубь империи. Небольшая река обтекала город с западной стороны, неся благоухание нечистот и всякого рода мусор.

Так как речка была небольшой, судов я не заметил, а вот небольшие лодки были. И то скорее, как транспортное средство, доставляя с одного берега на другой.

Через ворота нас пропустили без досмотра и даже без пошлины, что мое подсознание восприняло как исключение. В гостинцу заселились фактически у ворот, как оказалось, тут было специальное место для караванов, с большим двором, конюшней и местом для обслуги.