Само заведение было чистым, просторным и главное вместительным. На мой взгляд, все это уже говорило о хозяине заведения в лучшую сторону. Получив ключ от своей комнаты уже поднимаясь по ступеням, я столкнулся с человеком, отчего выронил сумку из которой выкатились свитки.

Столкнувшийся со мной, стал мне помогать. Что уже навело на меня на подозрение. Проверив свитки, и убедившись, что это мои по печатям, пошел к себе. И все же ситуация эта не выходила у меня из головы, и я еще раз все перепроверил. Успокоился только тогда, когда сравнил все оттиски на сургуче.

В городе мы задержались на один день, за который все занимались тем, что помылись и постирались. За несколько медных монет мою одежду выстирали, а также сопроводили к одной постройке, где можно было помыться. В голове всплыло про какой-то банный комплекс, но с некоторыми оговорками.

В целом отдых всем пошел на пользу, в большей степени позволив отдохнуть от монотонности передвижения и бесконечной тряски. Это мне было хорошо, а остальные страдали.

Больше путь до столицы мне ничем не запомнился. От того города до столицы мы добирались еще две недели. Последние пять дней плыли на корабле по судоходной реке.

И вот стоя на холме я обозревал величественные стены столицы империи. Почему на холме? Так пирс был расположен за стенами столицы. Поговаривали, его перенесли в свое время, так как шум и вонь рыбы раздражали одного правителя, любил он по городу гулять, а тут такое безобразие.

Столица была большой, даже на взгляд моего подсознания. При этом строения вышли за крепостную стену, строительство новой крепостной стены ведется, но судя по тому, сколько строится нового жилья, само строительство стены будут пересматривать.

Также чуть в стороне виднелся мост, что соединял столицу с другим берегом. На самой высшей точке находился как раз дворец, что был окружен стеной из белого камня. Ближе к воде, в окружении не сильно большой стены стояла уже академия, выделяясь среди прочих зданий своей аляпистостью и разноцветностью стен. При этом и сама архитектура была разнообразной, фактически имела смешение стилей.

Пропуск же в город осуществлялся у основной стены, все, что вне ее пределов пока считалось окраинами, но моя память говорила, что это ненадолго.

Постояв так несколько минут и разглядывая город, понял, что тут мне предстоит жить какое-то время.

— Ну, что ж. Пора. — с этими словами я догнал караван, залез в повозку и стал ждать, когда мы войдем в город.

Проход в город не доставил никаких хлопот, глава каравана показал документы и ему разрешили проход. Меня лишь попросили показать подорожную, а вслед за ней принадлежность к роду ни обыска, ни придирок к внешнему виду — ничего.