На вопрос откуда они, отец смущенно ответил, что оказывается сестра его коллеги работает на фабрике полуфабрикатов, и там работникам можно получать часть продукции в счет зарплаты и по себестоимости без наценок. И узнав о любви отца к блинам, тот припер купленные через неё замороженные блинчики на пробу. Понравятся — будут регулярные поставки.

Я на самом деле от такого напрягся — регулярные поставки хороши тем, что можно знать в лицо своего поставщика! Но я его не знаю! А если не знаешь поставщика — можно начать регулярно получать яд.

Мне сестрой не страшно — яд с маной дорогая штука, и нас, в нашем текущем состоянии, абы какой не возьмет — мы сейчас не трехлетки уже, чтобы от простых грибов с маной слечь! А вот родители… они обычные люди.

И пока я думал о том, чтобы придумать, чтобы защитить предков от напастей, отец, достав газету, решил сделать некое заявление, словно бы там написан выигрышный номер его билета в лотерею.

— А вы знаете детки, — развернул он газетку, — что администратор офиса ассоциации охотников в городе Сиэль, некая Бина Ай, очень любит мягкие булочки.

Мы похлопали глазами и переглянулись, а отец убрал газетку, словно бы это было всё, о чем он хотел нам рассказать и ради чего нагнетал. И смотрит так, выжидающе блин.

— Иии? — поинтересовался я, пытаясь понять, к чему он клонит.

— Да так, — развел руками отец, — ничего такого.

— Иии? — протянула уже сестра, и даже мать выразила заинтересованность.

— Дорогой, в чем дело?

Как бы говоря «Ну любит она мягкие булочки, и дальше то что?».

— Да ничего. — а взглядом разве что дыру в нас не просверлил! И ждет чего-то не пойми чего. — Просто эта фраза в разных интерпретациях уже побывала во всех средствах массовой информации города. Она уже и интервью давала с такими словами, и на сайте писала, и во всех газетах не по разу! — вздохнул отец, — Можно конечно подумать, что это она спор проиграла — она об этом тоже говорила и писала, однако… — и вновь внимательный взгляд на нас двоих.

Сестра, при этом продолжила играть дурочку «Я ничего не понимаю? Что? К чему? Как? Мама! Скажи папе!». А я вздохнул.

— Нам надо в офис.

— Я так и думал. — кивнул отец.

Сестренка продолжила отыгрыш, хлопая глазами, хотя словно бы в невзначай, стукнула меня локотком под ребра «Ну и зачем им об этом говорить, а?». Ну а мать была единственной, кто тут действительно ничего не понимал.

— Я бы не обратил внимание, честно, — пожевал губами отец, — Ну любит и любит? — посмотрел он на мать, и та кивнула, — С кем не бывает? — пожал плечами, — Но такое упорство… словно бы это шифр! Только отвечать на него почему-то никто не спешит, и бедолага вынуждена повторять зов снова и снова. — отец отвел взгляд к окну, — И опять же — ну и что? Мало ли какие есть дела у администратора? Вот только потом я вспомнил, — отец достал иную газету, развернул, и показал нам всем страницу, на которой Бина делал объявление о скоро прорыве подземелья шестого уровня, — когда еще было столь массовая подача объявление везде и всюду.