И видимо сказано это было не для того, чтобы мы шли туда и со всем разобрались! Напротив! Чтобы нас напугать, вызвать омерзение, ну и — не ходить в это несчастное подземелье. И мать, не понявшая тонкой игры отца, об этом нам начала прямо говорить:

— Зачем вам сдалось это подземелье⁈ С, брр! — передёрнулась она от омерзения, но явно наигранно, — Слизями склизкими! Мерзость же! — а вот сейчас говорила вполне серьёзно, — Сидите лучше дома, отдохните… книжку почитайте! Покушайте! Вон какие худые! — пододвинула она нам тарелку с блинами с птичьим фаршем,

А я вдруг осознал, что излюбленного блюда нашей семи — замороженные блинчики-полуфабрикат с начинкой, в морозилке просто не осталось. Все, кончилось! И вообще еды, шаром покати, скоро лапки сосать начнем. Даже запасов круп в шкафу и то, с гулькин нос — на два дня. Если не шиковать, то на три, и на совсем голодном пайке «три крошки на троих».

Надо топать в магазин! С доставками по домам по случаю всего, в городе туго. Доставка есть, но по тройному тарифу «экспресс супер!» без самого экспресса, да еще и с очередью. И очередь эта… километровая! Людям, что могут уснуть прямо на лестничной клетке, прямо на ступенях, спускаясь ко входу дома, иного варианта и не остаётся, кроме заказа доставки. А самих доставщиков, что не засыпают так же, днем с огнем не сыскать.

Сейчас конечно уже не тот абзац что был — порталов стало меньше. Да и те люди, что тянули на себе всё, уже малость пообвыклись с нагрузкой, оптимизировав процесс. Взять вон туже мать — нифига бы её не отпустили на выходной гулять дома, если бы она не сумела раскидать все дела еще вчера, загрузив работой других людей, а сама став «вольной птицей». И загрузив не в смысле «свалила на них», а в смысле что они должны сделать работу свою, чтобы мамка могла продолжить свою.

— В конце концов, — вновь заговорила мама, видя, что мы не заинтересованы, ни в блинах, ни в чем-то еще, — сделайте мне тоже таки часы как у отца! — показала она на своё пустое запястье, где обычно носила дамские часики с кожаными ремешком, — Я тоже хочу цацу из злата подземелья! — притворно, или нет, надула она губки, — Вы же не обидите свою маму, не подарив её подарок, одарив одного отца? — захлопала она глазками, — Вы же любите свою мамочку, да?

Я вздохнул, сестра — усмехнулась маминой игре, смотря на неё с видом «дилетантка!».

— Для золота из подземелья, нужно идти в подземелье. — посмотрел я в глаза матери, и она тут же смутилась от моих слов, слегка покраснела со стыда и опустила глазки в пол.

— Тогда не надо. — грустно сказала она.