Ребята из первой группы стали разоружатся, но их, блин, остановил все тот же полуживой командир, жестом приказав прекратить.

— Тебе не удастся воевать со всем миром! — заявил он хриплым голосом, лежа на полу

— А я и не собираюсь. — ответил я, как раз закончив с контуром на его одежде,

и мужик провалился сквозь пол, упав в другой такой же коридор, но пустой — пусть полежит в одиночестве.

И кажется остальных это проняло, ведь они наверняка решили, что я его… того.

— Еще возражения есть? Или желающих что-то против меня иметь поубавилось? Я всегда готов… к диалогу!

Желающих дискуссировать не нашлось, и бойцы стали разоружатся. Тем временем, из дыры на этаж дома выше, из соседней квартиры, стали слышатся какие-то странные звуки, похожие на женские визги… ах, да! Это не визги! Это визгливый мат! Кто-то там сильно ругается противным голосом, посылая бойцов неизвестно куда.

Бойцы, идти туда не спешат и не хотят, не хотят соваться туда, где пропало уже четырнадцать человек элитной группы, да еще и так, словно бы и не было. Что нет даже звуков боя! Ничего! Тишина! И неработающая связь, словно бы все там… куда-то провалились. Но визгливому голосу как-то все равно, она требует, да-да! Требует! Чтобы оставшиеся пять, немедленно пошли, пнули тех обалдуев что потерялись, и сделали все красиво.

Бойцы сопротивляются тихим скромным шёпотом, говоря, что кто на стреме то стоять будет? Кто будет охранять эту, королевну? — не такими конечно словами, ну суть такая. И на это королевна топает ножкой, что-то там разбивает, обзывает мужланами — ну значит там не бабы в спецназе! Всех козлами — вообще всех! И требует немедленно делать все, как она говорит иначе уволит, выпорет, и оставит их семьи без копеечки.

Против такого аргумента бедолагам уже было нечего возразить, и еще трое, а потом и еще двое бойцов угодили в мою ловушку. Причем, двое из них, вооружены были только пистолетами и были явно ботано-ботанского вида, как видно отвечая за техническую поддержку группы. В общем, весь отряд в моём капкане.

— Сестренка, там их главная, осталась без свиты. Разберись с ней, узнай кто такая. — обратился я к сестре, прекрасно зная, что мать все тоже слышит.

— Хорошо. — без проблем согласилась на такую работу сестренка, если сдерживая оскал, и мягко отстранила от себя мать, что как бы и не очень то сопротивлялась.

Поняла она уже, что там, за дверью в коридор, происходить невесть что, и что к нам, как видно, ввалились люди с автоматами. Что я там один с ними всеми разбираюсь, а она, удерживает свою дочку тут, не давая ей помочь брату. Удерживает половину боевой силы, просто потому, что волнуется, тем самым сильно подставляя сына под возможный удар и окружение.