— Привет. — сел я на заднее сиденье. — Думаю, не стоит объяснять, что бежать бесполезно, умрете уставшими? — улыбнулся я двум подросткам с переднего ряда.
Глава 14
Пацан сглотнул, понимая всю бесперспективность попыток к бегству, как видно оценив магию, подсевшей к ним в машину странной пассажирки. А возможно просто, оценил её пируэт через немаленьких габаритов джип. Девка за рулем задергалась, явно ничего не оценив, но желая действия, и не желая проблем.
— Мой брат охотник с тремя звездами! Вам нас не напугать! Он вас отделает под орех!
— А моя сестра охотница пяти, — кивнул я на сестренку, что помахала им ручкой, — Как думаешь, кто кого уделает?
Братец вновь сглотнул тягучий ком, а его сестра замялась, как видимо переваривая и осознавая, но видимо не поверила и не осознала, и тишина продлилась не долго:
— Это бред! Брат! Брат! — но видя, что брат не рвется в атаку, сменила пластинку, кинулась к входной двери, — Брат, бежим!
— Стоять! — схватила их обоих моя сестрица за плечи, когда девка уже открыла дверь, и силой развернула обоих лицом к лобовому стеклу, а то иж что удумали, бежать им захотелось!
Девчонка попыталась дёргаться и желая вырваться — бесполезно! Проще из стальной клешни вырваться, чем из захвата моей сестрички! Если она уже схватила, то можно только…
— ААА!
…причинить самой себе боль.
— Отпусти её! Отпусти! Я заплачу! Сколько скажешь заплачу! Все отдам, только отпусти! — взмолился её брат, и достал толстую пачку денег, предлагая её моей сестре как откуп, чуть ли не тыкая купюрами в нос.
И тыкал бы! Да руки не дотягиваются! Сестра держит и его, и находится за его спиной. Причем держит его за правую руку, правое плечо, фиксируя и руку, и плечо, не давая толком пользоваться правой конечностью, а левая рука до заднего сиденья меж сидений не дотягивается.
— Мы не желаем вам зла, просто хотим поговорить. Успокойтесь. — улыбнулся я и Лина ослабила хватку, а после и вовсе убрала ручки с этих двоих.
Девка тут же начала плакать, касаясь правой рукой своего левого помятого плеча, парень кинулся узнавать, как она, не рискуя её даже касаться, и та в ответ могла только плакать от боли, да злобно зыркать в нашу сторону, в наши отражения в зеркале заднего вида, скрипя зубами от боли, отчаянья и беспомощности.
— Брат, закрой дверь. — сказала моя сестричка, и я кивнул, вышел наружу, чтобы захлопнуть дверь машины со стороны этой плачущей.
Закрыл, звонко хлопнув, напугав беднягу, но зато сбив слезы. И теперь, при закрытых дверях, и надеюсь больше не предпринимаемых ими попыток побега, мы сможем поговорить.