— Ты во многом прав, Хит. — твердо заявил собеседник. — Не во всем, но во многом.

— И где же я ошибся? — укол обиды заставил меня выпалить это.

— Это ты знаешь его, как изобретателя алюминия. — развел руки парень. — Я же слышал о нем, как о первом Патриархе и создателе Братства.

Туше…

В голове стоял звон. Что все это значит? Я думал, что тот попаданец был ученым или инженером… Таким людям не нужна власть. Я ошибся в своих выводах? Вполне возможно, что он пытался подняться таким образом. Но чтобы придумать такие конструкты нужны не только знания, но и определенный склад характера. Я слышал о теории относительности, но не знаю ее выкладки. Это другая специфика, которая не относится к чиновникам никаким боком.

— Тогда он начал продавать свое изобретение королям. — продолжал монотонно говорить Патриарх, сложив руки за спиной в замок, он гулял туда-сюда. — На эти деньги он и купил помещение, где проводил ритуалы. Те, кого он привлек изначально, были убийцы и воры.

Я провожал его взглядом, пытаясь вникнуть в суть слов. Пока выходило слабо.

— Это был гениальный ход с его стороны. — продолжал мужчина спокойно. — Он быстро набрал паству и даже организовал управляющий орган — совет ночников, так его назвали. Не прошло и десятка лет, как в мир пришла магия.

— Кесем. — выдавил из себя.

— Верно. — кивнул глава темных. — Мало кто знает, но он состоял в той секте и даже сам проводил обряды жертвоприношения. Более того, он был на хорошем счету у организаторов.

— Как звали этого вашего главу? — выпалил вопрос.

Если он попаданец и использовал свое имя, то я легко смогу догадаться, откуда. В моем мире имя может сказать очень многое, не говоря ничего.

— К сожалению, — развел руками на ходу Гил. — в записях этого не осталось. Это было очень давно. Однако, он проводил много опытов с различными атрибутами. Тогда их достать было проще, да и Кесем был жив. Результаты он записывал. Эти самые выкладки сейчас являются сокровищем Братства.

— А что было дальше с вашей организацией? — уточнил нахмурившись.

— Второй глава еще поддерживал отношения с лихими людьми, — продолжал свой монолог Патриарх. — а вот третий уже упразднил совет, как ненужный. Мы очистились и растворились среди знати. Поверь, дай нам еще пятьдесят лет и весь континент будет принадлежать нам.

— Если бы не Орфейя. — хмыкнул в ответ.

— Так и есть. — отозвался слуга лениво и остановился, развернувшись.

Я усмехнулся. Неужели они ничего не поняли? Неужто стремление к власти было столь велико, что застило глаза? Как близоруко мыслят люди. Вот если бы их первый глава рвался к власти, то я бы не понял. Но ведь он ученый. У него другой взгляд на мир. Да, немного наивный. Да, слегка идеалистический. Мне кажется, я понял, чего он хотел добиться.