Михайлов стопроцентно ведет свою игру, и, кажется, я знаю, какую.

Руководству Храма явно не нужны проблемы с императорской канцелярией, и что-то мне подсказывает, что смерть Илана списали или на потери в Проколе, или ещё на что-то.

Предположение, конечно, немного абсурдное, но зато оно прекрасно объясняет, почему князь, несмотря на его внешнюю реакцию, так долго тянет с поиском убийцы.

Ведь если найти убийцу, то от убийства в Храме будет уже не отвертеться.

А убийство в Храме новика равно интерес засевших в императорском дворе недоброжелателей Михайлова.

И если посмотреть на происходящее с этой стороны, поведение князя становится логичным.

Поэтому он и не воспользовался моим предложением принести клятву крови. Поэтому он и отправил неопытных новиков в Прокол.

Вот только зачем ему публично давить на Крысина? Ведь князь знает, что Илана убил или Крысин, или подзуженный им Худяш.

Только если…

Скрип круглой двери вырвал меня из моих мыслей, и я недовольно посмотрел сначала на Камнева, а затем и на то место, куда мы пришли.

И стоило мне осознать, где мы находимся, как сердце мгновенно забилось.

— Это… Изолятор?

— Да, Макс, — прогудел Камнев. — Когда князь узнает, он придет в ярость.

— Но… как? Разве можно проходить через Изолятор… повторно?

— Нельзя, — Камнев аккуратно опустил меня на пол и кивнул на разделяющее Изолятор стекло. — Но так вышло, что ты не был официально внесен в храмовые списки.

— А сейчас, получается, внесен?

— Именно, — подтвердил Воин. — Не забудь скинуть все лишнее на жаровню.

И предупреждая мой следующий вопрос, добавил.

— То, что лежит в Инвентаре, не пострадает во время очищения.

— Буду должен, Дмитрий.

— Не неси ерунды, Макс, — губы Камнева дрогнули в едва заметной улыбке, и он похромал к противоположной двери.

Кажется, бой с личом потрепал не только меня.

Проводив Воина взглядом, я усилием воли осмотрел свое тело. Судя по количеству бинтов и тупой ноющей боли, я не должен был выбраться из Прокола…

Как же, черт возьми, хорошо, что Камнев додумался сделать этот финт ушами. Ведь это далеко не очевидное решение…

Дальнейший ход моих мыслей прервало появление Дмитрия на другой стороне Изолятора, а следом резко запахло озоном, и с потолка обрушилось жемчужное сияние.

Все тело охватил жар вперемешку с щекоткой.

Ноги, руки, грудь, голова — казалось, чесалась каждая клеточка моего тела! Два удара сердца, и нестерпимые жар и щекотка превратились в приятное тепло.

Стало настолько хорошо, что захотелось понежиться в этом тепле как минимум часик.

К сожалению, спустя несколько секунд тепло исчезло, и я с неохотой открыл глаза.