— Да я и не думала, — сказала она. — Ещё чего.

И тут же быстро ускакала в ванную мыться.

Возможно, об упущенной возможности поучаствовать в интрижке и стал бы переживать любой прыщавый подросток. Но я со своим многовековым опытом циника-Секатора знал: предавать близких людей — глупо. У Сида ещё много раз придётся попросить помощи, и заполучить врага в близком окружении я не собирался.

В общем, я попытался войти в рабочий режим. Некоторое время я искал в разных городских ресурсах цены на недвижимость и был слегка разочарован — на мои деньги купить что-то приличное в Москве не представлялось возможным. Садиться на иглу съёмного жилья тоже не хотелось, поэтому оставался один вариант — что-нибудь в Подмосковье. На первые годы сойдёт. Тем более, учитывая, что половину рабочего времени мне предстоит быть в разъездах.

Выбрав несколько вариантов, я лёг спать и попытался уснуть. Софья не выходила из ванной больше часа, отчего юношеские фантазии продолжали переполнять голову. Но силы воли хватило, я вспомнил Нинель Кирилловну, наш первый поцелуй, у которого я застал только самое окончание. Смог переключиться и благополучно уснул.

Проснулся я от разговора на повышенных тонах прямо над моим ухом. Как это предполагала София и как это бывает в несмешных водевилях — в квартиру заявилась хозяйка и обнаружила меня, спящего в гостиной.

— Мужика, что ль, сменила, Софья? — спросила сухая старушка, глядя на меня сверху наподобие утреннего кота, просящего пожрать. — Или подработку нашла? Трусы опять по полу разбросанные, ай-яй-яй.

— Это не то, что вы подумали, это барь моего парня! — возмутилась Софья.

— Вот, правильно девка делает! — захихикала старушка и отошла в сторону. — Настоящая мещанка. Опытная. Нечего с крепостными, надо уровнем выше — сразу с барями. Куда перспективнее. Сенситивный, поди? Да-а, чую, нормального нашла, с силушкой.

— Олимпиада Степановна! Пожалуйста, не говорите так! Просто парня выгнали из дома, негде было заночевать.

— Парня? Или барина? Дворянин, а своей квартиры нет, получается? — прищурившись, старушенция посмотрела на меня. — Какая досада! Хочешь, сдам. У меня в Химках есть, в Саларьево есть. Будешь эту гулёну к себе водить…

— Олимпиада Степановна, кажется? — уточнил я и поднялся с кровати. — Я попрошу вас обойтись без инсинуаций. Я здесь всего на одну ночь, вёл себя с вашей квартиранткой прилично и вольностей себе не позволял.

— А! Так вы с этим… с Сидом, поди, пожениться планируете? Что, право первой ночи? — старушка подмигнула, продолжала не то иронизировать, не то фантазировать. — Ладно-ладно. Не буду. Вижу, парень приличный, трезвый. Я с тебя, даже, Софья, ни копейки за него не возьму — пущай себе сидит.