Бой закончился за две минуты, при том что я приказал команде не помогать, а отступить. Адам все сделал в одиночку. Трибуны ликовали, сканируя придуманную экспромтом кричалку: «Всадники в бой! Роджер ДОМОЙ!», но на душе было паршиво. Мы не победили так, как я хотел: красиво, изящно и легко. Поймал на себе взгляд Некроса и тут же понял, что так думаю не я один.
Глава 7
Вечером был разбор полетов. Хоть болельщики ничего не заметили и наблюдали действительно красивый бой, но мы-то сами понимали, что облажались. Несыгранность команды, рискованные мувы[1] Некроса, мой личный провал как полевого командира и еще прорва мелочей, каждую из которых предстояло обсудить.
Решив, что раздевалка гудящего стадиона для этого не лучшее место, мы переместились в гостевой дом «Черноморского Синдиката». Янг Рог хотел было присутствовать при нашей беседе, но я лишь покачал головой: это моя команда, и выносить сор из избы я не собираюсь.
Конечно, я не наивен и на сто процентов уверен, что в каждой комнате гостевого дома спрятаны с десяток камер, благодаря которым отец Насти все узнает и увидит. Пусть и так, главное, что команда слышала наш разговор и поняла, что в любом случае я на их стороне и не думаю прогибаться под власть имущего.
Разговор прошел адекватней, чем я ожидал. Даже Некрос признал свою неправоту и пообещал неслыханное: больше не бросаться вперед с самопожертвованием Александра Матросова, когда этого не требует ситуация.
— Пойми, Артем, — Некр развел зеленые трехпалые лапы, помогая жестикуляцией своему разговору. — Я всегда так бился и никогда не был командным игроком. Да, согласен, что надо переучиваться. Просто в этот раз я видел открывшуюся цель, и мне было по барабану на собственную смерть.
— Крутое кольцо! — я заметил на большом пальце его правой лапы, изогнутое под анатомию ксенона ювелирное изделие.
— Да ничего особенного, — тот стыдливо накрыл увесистый «болт» из красного металла другой лапой и продолжил:
— Не перебивай, ладно? Так вот, я понимаю, что индивидуальные бои и бои в команде — это абсолютно разные вещи, а посему полностью признаю то, что я рак! Вот! Не представляешь, как было сложно это признать.
— Да-а… Это что-то новое! — вклинилась разговор Настя. — Услышать признание собственной неправоты от откупоривателя хладных тел, это… ты в самом деле повзрослел, что ли? — усмехнулась девушка своему наставнику.
— Поговори мне еще! Когда я с твоим отцом в Чонгаре на КПП стоял, ты в его бубенцах плескалась, — вернул он Джинкс укол.
Девушка не обиделась, да и я, если честно, кажется, привык к их взаимным нападкам и подколам ниже пояса.