— Зря ты сказал ему об Ущелье, — заметил Снорри, когда старейшина вышел. — Когда мы выберемся отсюда, он будет знать где нас искать.

— Думаешь, эта трусливая гоблинская задница выберется из города?

— Желание сохранить свои тайны может вынудить их пуститься в погоню...

— Погоди, ты сказал, нас? Ты все же решил отвести меня к Ущелью? — я посмотрел на кобольда, но тот лишь вздохнул и многозначительно посмотрел на меня.

— Куда ж тебя денешь, огра ты кусок. Но это последнее мое одолжение, на большее не рассчитывай.

***

До поздней ночи мы оставались в одиночестве. Лишь однажды нам принесли еды. Да, порции были небольшие, но рассчитывать на отличное содержание не приходилось. «Не заслужили» пока, чтобы шиковать.

— Кир’Дали?

— Тише! — глаза гномки были полны страха. Девушка сжимала в руках крошечный кинжал и тряслась. — Если узнают, что это сделала я, мне конец.

Целительница склонилась над веревками на моих руках и принялась их перерезать. Спустя мгновение я уже мог ими пошевелить.

— Не боишься, что тебя убьют?

— Еще как боюсь, — девушка хлюпнула носом и принялась перерезать веревки на руках Теи. — Но я уже решила. Нельзя бросать друзей в беде. Вы многое для нас сделали — помогли отбиться от чудовищ, нашли аригалк, победили дракона. Мы сражались вместе, а теперь... теперь по разные стороны крепостных стен.

— Мы не сами там оказались, Кир’Дали! Гномы сами вытолкнули нас за ворота своего доверия, — я размял запястья и подошел к окну, проверяя бдительность охраны. Гномы сидели полукругом, спиной к нам и о чем-то оживленно спорили.

— Просто так не выбраться, — заметил Торкал.

— Но ведь у тебя есть на этот счет идеи?

Волшебник хитро улыбнулся и кивнул. Через минуту из-за угла дома, где нас держали, появился Дар’Кор. Старейшина нахмурился и направился прямиком к гномам, которые охраняли нас. Те заметили его приближение слишком поздно. Споры мгновенно утихли, а сами бестолковые дозорные мгновенно подскочили на ноги, виновато глядя себе под ноги.

— Это так вы несете дозор, гоблинское отродье? Я вам бороды повыдергиваю, если еще раз увижу подобную халатность!

— Это в последний раз, — виновато пробормотал один из гномов.

— Ясное дело, что в последний! Если бы это были не люди, а колдунские прихлебатели, вы бы уже лежали мертвыми. Ваше счастье, что у них хватает благоразумия не прикончить вас исподтишка.

Внезапно старейшина изменился в лице и стал более спокойным.

— Ладно, что уж там. Марш отдыхать, мне нужно поговорить с ними с глазу на глаз.

— Я пойду с вами, — вызвался один из гномов. Конечно, этого стоило ожидать. Гномам было стыдно за свою беспечность, и они захотели хоть как-то исправиться.