— Кэп, у меня еще одно предложение, — подал голос я, — Муссе определенно известно, что на место гибели людей прибудет санитарная команда. Также, вполне допускаю вероятность, что в настоящий момент за нами ведется наблюдение.

— Хочешь сказать, что после нашего ухода, бойцы Кровавого Тигра вернутся и станут ждать мортусов? То есть ты предлагаешь занять позицию у этой деревни? А в это время бандосы расхерачат этот самый Каджедже? Да с меня начальство шкуру снимет. Чё, Лёд, зенки таращишь? А тебе известно, что мортусы без огневой поддержки вертолетной группы носа сюда не сунут. «Кобры» перед высадкой тут огненный ад устроят.

— Никак нет, товарищ капитан. Я не предлагаю остаться всей нашей группе. Вы летите, я остаюсь.

— Как так? — Саранцев посмотрел на меня широко вытаращенными глазами. — Опять чудишь, Вовка⁈

— Коля, ты не берешь во внимание наличие у врага группы псионического прикрытия. Чтобы засечь противника нужен визуальный контакт, обеспечить который можно лишь, находясь на земле. Без нашей поддержки вертолетам даже спокойно сесть не позволят, их из «Arrow Storm» или еще какой хренью жестко приземлят, выживших из стрелкового приголубят. Поубивают полбеды, хуже с собой прихватят и покуражатся знатно прежде, чем отправить на тот свет. К тому же, чуйка мне настоятельно вещает, именно этот вариант развития событий.

— Чуйка, чуйка! Задолбал своей чуйкой! Хорошо, что предлагаешь, прапор? — сдался капитан.

— Да не злись кэп, — усмехнулся я, — чуйка — это данность от Боженьки нашего, дабы предугадать диаловы помыслы и уберечь мою бессмертную душу от оных.

— Балабол неисправимый, — заулыбался командир, однако быстро сделал морду кирпичом и грозно по-командирски рыкнул: — Отставить смехуёчки-шуточки. Рассказывай, что ещё твоя чуйка нашептала?

— Короче, ты с основной группой отчаливаешь на защиту Каджедже. Здесь остаюсь только я. Больше народа оставлять нет смысла, поскольку, как я уже отмечал, не исключено псионическое наблюдение за нами. Мне прикрыться от любого наблюдения достаточно просто. Никто другой из бойцов этому не обучен. Если при подлете наших, здесь начнется опасная движуха, наведу «Кобры» на цели, да и сам могу пострелять.

— Я те постреляю! — сердито рявкнул капитан. — Ладно, уломал говорливый жучара. Оставляю тебя, скрепя сердце. Не геройствуй тут особо. Летунов из группы прикрытия предупрежу и твои точные координаты скину, чтобы ненароком не шмальнули. Удачи, Вован! И это… давай без лихости тут. — Закончив инструктаж, Саранцев через локальный чат негромко скомандовал рассредоточенным в режиме боевого охранения бойцам: — По машинам, парни!