Тогда мы немного расслабились, но именно — лишь немного. Могут ведь и засаду устроить.

К счастью, вскоре показался заросший травой съезд с дороги, и «шестьдесят шестой» свернул к лесу. Грузовик заходил на кочках ходуном, а из-под колес полетели куски размокшего дерна, но нам удалось пересечь поле, ни разу не забуксовав.

Гусь остановил машину у густых зарослей орешника и сообщил по рации:

— Завал!

Не теряя времени, мы выбрались из кузова и разошлись вокруг машины, настороженно поглядывая по сторонам. Въезд на просеку перекрывали поваленные крест-накрест сосны, и случайным их падение точно не было — срубленные стволы притащили сюда и уложили намеренно.

— Рядом никого, — сообщила Лика.

Серый кивнул и оставил в покое автомат.

— Да, деревья с зимы лежат, — решил он и крикнул: — Дуб, неси трос, на!

Наемники обмотали тросом верхний ствол, прицепили свободный конец к крюку «шестьдесят шестого», и Гусь, сдав назад, оттащил дерево от просеки.

Все это время мы внимательно смотрели по сторонам, но кругом было спокойно.

— Лед, а что там дальше? — спросила вдруг Яна. — Опять болото?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Карта не такая подробная. Дурные места, сюда не ходят.

Наемники начали обматывать тросом вторую сосну, а когда с дороги оттащили и ее, Дуб встрепенулся и сдвинул панаму на затылок.

— Кто-то едет, — сообщил он нам.

Я прислушался и тоже уловил шум автомобильных двигателей.

— Зачастили! — фыркнул Клоп и сплюнул под ноги.

Гусь загнал «шишигу» за кусты, мы тоже отошли с открытого пространства.

Чужое внимание сейчас ни к чему.

Как ни удивительно, но вскоре на дороге показались уже знакомые нам «витара» и «лендкрузер». Они промчались в обратном направлении и скрылись за поворотом.

— Не по нашу ли душу? — забеспокоился Клоп.

— Не важно, — отмахнулся Серый. — Поехали, на!

Мы вновь погрузились в кузов, грузовик медленно въехал на просеку, и по бортам тента немедленно заскребли ветви кустов. Но хоть узкая прореха меж деревьев и заросла высокой травой, молодая поросль жалась к ее краям и посередине ничего не росло, словно кто-то все эти годы занимался расчисткой проезда.

Кондукторы? Должно быть, они.

Грузовик ехал медленно, иногда встречались промоины ручьев, тогда нас мотало на лавках, а колеса начинали пробуксовывать в грязи. Вскоре на глаза стали попадаться засохшие сосны, подлесок поредел, тут и там замелькали рыжевато-желтые сухие еловые лапы. Меж деревьев заблестели болотца, поднявшиеся грунтовые воды подтопили лес, и двигатель всякий раз надсадно рычал, когда «шестьдесят шестой» выбирался из очередной лужи.