— Пойдем воздухом подышим.

Я взял пиво и первым вышел на крыльцо. Петрович последовал за мной, приложился к запотевшему бокалу, затем крякнул от удовольствия и вытер губы тыльной стороной ладони.

— Я не могу, Лед. Просто не могу.

— Не хочешь спросить, что именно от тебя хотят узнать? — хмыкнул я, сделав глоток холодного светлого пива.

— Да все и так ясно! — отмахнулся Смирнов, хмуро глянул на меня и вдохнул. — Ладно, Лед, что тебе от меня надо?

— Карта, Билли! Нам нужна карта! — не отказал я себе в удовольствии процитировать известную книгу.

— Вот! — немедленно ткнул в меня пальцем Петрович. — Я так и знал!

— И?

— Не могу. Подписку о неразглашении давал.

— Ну да, — фыркнул я. — Подписка — это святое.

— Ну тебя, Скользкий! Не могу, сказал. И точка.

Я отпил пива, огляделся по сторонам и уточнил:

— А если мне не нужна вся карта? А только ма-а-аленький ее кусочек. Очень маленький и никому сто лет не нужный.

Смирнов покачал головой:

— Нет, Лед, и не уговаривай.

Я рассмеялся:

— Петрович, ты ведь не только подписку о неразглашении давал. У тебя и другая подписка имеется. Сечешь?

— Продолжай, — потребовал Смирнов, наморщив высокий лоб.

— Я прихожу к тебе, и прихожу не сам по себе. Меня кто-то направил. И этот кто-то уже знает о карте. Крупный игрок. Игроку интересен кусок карты. Эта важная информация? Важная, не спорь. По уму, тебе надо сообщить об этом Доминику. Но вот незадача, ты не знаешь, из-за какого именно куска весь этот ажиотаж. И только я могу рассказать тебе о нем.

— Ты меня разводишь!

— Пф! — фыркнул я. — Я просто не оставляю тебе выбора! Это же очевидно!

Петрович отвернулся и какое-то время молча пил пиво.

— Это важная информация, — согласился он. — Но у меня нет карты. И отнюдь не фотографическая память. Если ты скажешь, какой квадрат тебя интересует…

— Брось, Петрович, — не поддался я на эту уловку. — Какая, на хрен, скука? Какая плохая память? Ты ж ее сразу Доминику слил. И я буду не я, если копию себе не оставил.

Смирнов насупился:

— Ты обо мне плохо думаешь.

— Наоборот. Петрович, ты же сама предусмотрительность!

Заместитель начальника арсенала глянул на меня в ответ с хитрым прищуром.

— А ты, получается, с белым флагом пришел? Ау, Доминик! Я тут немного суечусь, не обращай внимания. Вот, даже планы раскрыть готов!

Я рассмеялся:

— В точку! Доминик рано или поздно об этом невинном предприятии узнает. Не хочется, чтобы сгоряча неправильные выводы сделал.

— Сколько еще уровней в твоем предложении я не считал?

— Один.

— А! — прищелкнул пальцами Смирнов. — Что с этого перепадет мне? Правильно?