— А, ну тихо! — в палату зашла медсестра и строго посмотрела на девчонок: — Господину Сэведжу нужен отдых! Завтра он уже встанет на ноги и можете орать сколько угодно у него дома.
— Простите… Марк, поправляйся скорее. Я буду ждать. — Лия чмокнула меня в щеку, и забрав Мистера Куся, поспешила выйти.
— Вот наглая девка… — злобно фыркнула Маруся и чмокнула меня в нос: — Совсем страх потеряла! Ладно… У нас в понедельник экзамен по криминалистике. Надо подготовить материалы по симпатическим чернилам. От Овидия до Ленина… Такая скукота… Поправляйся скорее. И завтра я испеку тебе большой-большой торт.
— Ага… Давай. — проводив взглядом свою милую соседку, я расслабился, и закрыв глаза, хотел поспать. Симпатические чернила от Овидия до Ленина. Интересная те…
— ОВИДИЙ!!! — я резко подскочил, но провода из груди приказали лежать спокойно, сковав моё тело приступом ноющей боли: — Господи! Эрис… Эрис!!!
Увы, во время операций моя помощница отключалась на сутки. Вот дерьмо! И как мне теперь позвонить? Увидев красную кнопку вызова персонала, я начал неистово давить на неё. Спустя мгновение в палату тут же залетела медсестра:
— Что случилось?! — взволнованно спросила она: — Вам больно? Умираете? Судно?
— Нет! Мне срочно нужен телефон! Позвонить на работу…
— Какая работа?! Вам легкое поменяли! И слуховую систему поставили! Вам спать надо!
— Принесите телефон. Я денег дам!
— Не нужны мне ваши деньги. — недовольно фыркнула медсестра и направилась к выходу: — Сейчас принесу…
Как я сразу не догадался?! Это же чуть ли не прямым текстом сказано — прогрей лист утюгом. А Публий Овидий Назон — как раз предлагал один из первых вариантов симпатических чернил в виде молока. Правда, бумажка немного намокла, поэтому очень надеюсь, что ничего не стерлось. Блин, не знаю, кто это придумал — но выглядит уже интригующе!
— Вот. — медсестра протянула прозрачный пластиковый брусочек, и встав возле порога, начала смотреть на меня, словно гриф на умирающего буйвола.
— Извините, но… вы разве не знаете, кто я?
— Знаю.
— Ну, так… — я сделал прогоняющий жест рукой.
— Не больно-то и хотелось! — недовольно фыркнув, ответила медсестра и покинула палату.
— Так… — я быстро набрал номер Бальника. Давненько не пользовался этими штуками.
— Здравствуйте! Я вас слушаю. — ответил милый голосок Катюши из динамика.
— Привет. Это Сэведж… Могу я услышать Ба… В смысле — Джереми Бриджеса?
— Конечно! Милый, тебя к телефону! — и всё-таки у невесты Бальника такой сладкий голос… Ну, просто ангелочек.
— Марк… На меня нацепили ошейник и поводок! Марк… Она не выпускает меня на улицу… А, после работы теперь будет заезжать бронированный автомобиль… — чуть ли не плача прошептал Бальник. Видимо, под личиной ангела прятался самый настоящий ревнивый Сатана…