Ни разу до этого кошмара не держал в руках даже медицинский скальпель. В первый год пытался помогать выжившим своими новыми способностями, но без базовых медицинских знаний часто проваливался. Помню, как пришлось ампутировать ногу ребёнку, укушенному зомби. Мы тогда ещё верили, что ампутация поможет. Не помогла.

Рация в ухе трещит, сквозь помехи пробивается голос Самойлова.

— Четыре тачки приближаются, — звучит так, будто он жуёт гравий. — План в силе. Повторяю: ждём, пока они выйдут из поселения, и бьём на дороге.

Наконец, к воротам «Сосновки» подъезжают четыре чёрных джипа. Хромированные бамперы измазаны засохшей кровью и грязью, на боках видны следы от пуль и царапины — боевые шрамы. Из головной машины высовывается бритая голова Паука — правой руки Рогова. Его лицо покрыто татуировкой в виде паутины, которая начинается от глаз и расходится по всему черепу. Мерзкое зрелище, усугубляемое неестественно бледной кожей.

— Открывайте, мать вашу! — орёт он, лупя пистолетом по крыше. Звук разносится эхом по пустырю. — Хозяин голодный!

Ворота открываются мгновенно, как по волшебству. Эти трусы из «Сосновки» предпочли сотрудничать с бандитами, регулярно отдавая им долю припасов и женщин. Сегодня это закончится. Либо «Немертвые» перестанут существовать, либо мы перестанем дышать. Третьего не дано.

Ждём почти два часа, затаившись в кустах. Пот заливает глаза, хотя на улице холод собачий. От напряжения сводит мышцы, приходится периодически менять положение, чтобы не затекли ноги. Тело гудит от адреналина, как высоковольтный провод.

Я активирую интерфейс псионика — полупрозрачное меню перед глазами, видимое только мне. Это как дополненная реальность, только вместо каких-нибудь покемонов — твои способности отнимать или спасать жизни. Проверяю навыки: «Лечение», «Силовой удар», «Силовой щит» и новая «Силовая бомба». Для боя — кот наплакал, все-таки у меня не боевой класс, но выбора нет.

Вот они! Ворота открываются со скрипом несмазанных петель, и кортеж выезжает на дорогу. Охранники расслаблены, часть явно пьяна — наши информаторы не подвели. Через открытое окно второй машины видно Рогова. Высокий, с болезненно-бледной кожей, в чёрной коже. Длинные пальцы с чёрными ногтями, словно когти хищника, поглаживают бедро сидящей рядом девушки. Лицо Кукловода неестественно вытянутое, глаза — бесцветные, как у мертвеца, но в них пульсирует гипнотический огонь. Рядом с ним напуганная блондинка, еле прикрытая порванной одеждой. Её глаза пусты — типичный взгляд жертвы, смирившейся со своей участью.