Решить эту проблему помог совет полковника, который иногда вместо генерала приезжал за амулетами. Он просто предложил за территорией больницы, как можно дальше, выкупить здание, в котором и будут проходить дополнительную проверку больные дети. Привезли в эту больничку, проверили возраст, диагноз и если пациенты подходят по всем параметрам, то передавать данные этого больного военным, которые его пропустят.

Этот совет помог. Поток людей сократился, а те, которые уже прорвались к нашей больнице, постепенно разъезжались по домам. Вскоре территория около комплекса была полностью свободна от посторонних. Потом мама мне рассказывала, что примерно семьдесят процентов людей, подделывали документы своих больных детей. Серьезный показатель. Людям, которые проводили отсеивание, приходилось звонить в соответствующие органы, чтобы подтвердить возраст детей. Конечно, не всех детей проверяли, а только тех, чей возраст вызывал серьезное сомнение.

Иностранцы поначалу спокойно восприняли временное прекращение приема их детей в нашу клинику. Конечно, через несколько дней к нам приехал знакомый доктор из Германии, который хотел со мной поговорить. Встречаться я с ним не стал, впрочем, как и моя мама. Пришлось ему уезжать, не решив проблему. Я думал, что на этом все успокоится, но вскоре прибыл важный чиновник из правительства, причем из местного, республиканского. Я не знаю, что ему пообещали немцы, но уговаривал мою маму этот мужик долго. Выкидывать с территории больницы этого мужика, она не стала, он на самом деле был из правительства, его лицо часто мелькало на экранах телевизора, не хотела мама портить отношение с местными властями. Пришлось ей отправить этого чиновника ко мне. Я в это день еще с больницы не уехал. Пока чиновник шел, мама позвонила мне и предупредила, чтобы я не слишком дерзил.

— Андрей Евгеньевич, — начал мужик, едва его пропустила ко мне охрана. — Вы должны принять больных детей из Германии, для республики это очень важно.

— Я ничего, никому не должен, — ответил я. — Если вы забыли, то я вам напомню, что это частная клиника, а не государственная, поэтому не надо нам рассказывать, что и кому мы должны, хорошо?

— Какая бы клиника у вас не была, вы обязаны помогать людям. В конце концов, врачи дают клятву Гиппократа.

— Конечно, дают эту вашу клятву, — согласился я. — Только проблема в том, что немцы хотят привезти своих детей не к врачам нашим, а лично ко мне. А я никакой клятвы не давал, и давать не собираюсь. Так что тут тоже мимо.

— Андрей Евгеньевич, я вас прошу пойти навстречу правительству и оказать помощь детям. Мне редко приходится кого-то просить, я чиновник с высокой должностью, — произнес мужик, устав о моего упорства. — А вас прошу.