Я перевёл взгляд с Яна на Астрид и обратно, с небольшим запозданием осознав, что решение я уже принял, и даже сделал это с заметным облегчением.

Из всего богатого «наследия» Лександра именно эта его часть тяготила меня больше всего. Пьяные выходки, кутёж, потеря всякого доверия со стороны близких, скандалы — всё это в первую очередь разрушало жизнь самого Лександра, плюс било по фамилии.

Да, пятно на репутации. Да, не самый приятный старт. Но если подытожить, то к нынешнему моменту урон пресловутой репутации удалось в значительной степени нивелировать, навязав окружающим людям необходимость относиться ко мне серьёзно. Хватило продемонстрированной серьёзности, готовности к сотрудничеству и, конечно же, незаурядных достижений в череде стрессовых ситуаций, склонивших чашу весов в нужную мне сторону.

«Но насколько именно? Понятия не имею. Зато точно знаю, что исправить можно многое. Многое — но не всё».

История с Астрид — это вред, причинённый другому человеку. И я ничего не мог с этим сейчас поделать, кроме как не усугублять.

— Прощения я и не прошу, — ответил я спокойно. — Но прекращение огня принимаю. Я не стану искать с вами конфликта, ни в коем виде. Уточню лишь один момент — это касается только нас троих, или людей наших фамилий тоже?

— В пределах Академии — всех, на кого мы способны повлиять, — спустя секунду подтвердила Астрид.

Я медленно кивнул, отметив, что Яну мой ответ с последующим уточнением понравился постольку-поскольку. Астрид тем временем обозначила лёгкий, почти незаметный «женский» поклон — строго формальный, и никак иначе.

Я ответил таким же «выстраданным» жестом, а спустя несколько секунд мы просто разошлись в разные стороны.

«Бесспорно, этот короткий разговор не сделал нас союзниками, и даже врагами мы не перестали быть. Но если я что-то и знаю о чести местной аристократии, так это то, что Кризенфорты не будут предпринимать попыток до меня добраться, не объявив загодя о возобновлении конфликта. Будь иначе, и Империя давно развалилась бы под гнётом старых внутренних дрязг и отчаянных попыток навредить ближнему своему…».

Дальнейший путь до обеденного зала прошёл в размышлениях и попытках проанализировать всё от и до. Не то, чтобы нескольких минут для такого действа было достаточно, но к моменту, когда на горизонте показались Эльза, Дмитрий и Белль, воцарившийся в голове сумбур начал напоминать нечто куда более приемлемое.

— Ты задержался, — с лёгкой обеспокоенностью заметила Эльза, когда я опустился на стул рядом с ней.

— Кризенфорты, — мой ответ был короток. — Договорились временно друг друга не убивать, пирожки из тарелок друг у друга не таскать и клеем в замочные скважины не капать.