После этого нас снова посещает старпом, который пока за старшего. И девушкам приходится приложить некоторые усилия, чтобы спровадить моряка. Повторное нарушение офицера здорово напрягает. А вот факт работоспособности артефактной системы защиты, напротив радует.

Дождавшись, пока он уйдёт, продолжаю. Теперь, когда я в курсе, что моя магия тоже необнаружима обычными артефактами, границы допустимого значительно расширяются. Я не просто могу проникнуть внутрь императорского дворца, но ещё и смогу применять там нотные связки. Которых никто не заметит. Единственная возможность понять что я пустил в дело магию — быть рядом и визуально наблюдать за появлением нотных символов. В противном случае, зафиксировать используемую комбинацию, по сути невозможно.

Правда остаётся вопрос о возможностях Схэсса. Даже Анха не может сказать, насколько силён сам император и на что он может оказаться способен. Она не сталкивалась с ним в бою и не наблюдала ни за одной схваткой Рэна. В этом плане, даже мой опыт, куда более объёмен. Но сказать, до каких границ простирается могущество Рэна, я тоже не могу.

Теоретические выкладки приходится продолжать ровно до того момента, как в воздухе появляется ещё одна белая точка. «Поймав» её так же, как и первую, на этот раз остаюсь в ожидании. Нужно проверить, можно ли их накапливать, сосредоточивая силу. Плюс, не мешало бы опытным путём протестировать пределы до которых я могу довести мощь заклинания при том или ином объёме «собранных» отрицательных частиц. Но на борту дирижабля это предоставляется абсолютно невозможным.

Спустя тридцать минут встречается ещё одна «крошка». А потом, при очередной попытке активировать айван, я вдруг понимаю, что вижу белые точки далеко за пределами дирижабля. Так же, как я мог видеть слепки жизненной силы людей, до того, как Схэсс спалил мою собственную ауру. Только теперь, их место заняли отрицательные магические частицы. В поле зрения сразу около двадцати. Все они на разном расстоянии — от трёхсот ярдов до нескольких лиг.

Успешно достаю три из числа тех, кто ближе всего. И опытным путём выясняю, что могу «притянуть» частицы, которые удалены от меня на расстояние не превышающее пятисот ярдов. Всё, что дальше — недостижимо. Плюс в том, что находясь в воздухе, я могу «вылавливать» материал по всем направлениям. Как результат — получаю немало энергии для экспериментов и практики.

Развернуться по полной, всё равно не выходит ввиду ограничений дирижабля, но теперь я уверен, что при необходимости, у меня получится пустить в дело практически любую нотную комбинацию. В голове их не так много, но лучше так, чем совсем без магии.