— Игорь Платонович, даже как-то неудобно, — произнёс Артём, — мы с другом сидим здесь уже добрых пятнадцать минут, а вы не обращаете на нас никакого внимания.

Банкир вздрогнул, услышав громкий командный голос, повернул голову в нашу сторону и с удивлением на лице уставился на двух незваных гостей, вальяжно развалившихся в креслах и с добродушными улыбками смотревших на хозяина гостиной.

— Что вы здесь делаете? И как вы попали мой дом? — наконец нашёлся, что спросить уважаемый господин Кирсанов, судорожно пытаясь позвонить в небольшой колокольчик.

Да, таким вот образом в некоторых богатых домах хозяева вызывают слуг. У банкира тоже использовалась подобная система оповещения с той лишь разницей, что на один звонок отзывалась служанка, а на два звонка являлся дежурный охранник. Но сейчас никто не явился, поскольку колокольчик почему-то не звонил. Иногда и такое случается. Видимо, поломался. Игорь Платонович с недоумением заглядывал внутрь колокольчика, но там, вроде бы, всё было в порядке. Вот он, на своём месте молоточек, по-научному называемый языком, который и должен стучать по корпусу колокольчика. Господин Кирсанов опять потряс это чудо технической мысли, но звука как не было, так и нет, да и откуда ему было взяться, если я сделал так, чтобы молоточек не мог соприкасаться с самим колокольчиком. Хозяин дома так увлёкся проблемой, возникшей с колокольчиком, что даже забыл о нежданных гостях, поэтому снова вздрогнул, когда к нему обратился один из гостей.

— Что, не работает? — озабочено спросил Артём и предложил свои услуги. — А давайте я позову прислугу или охранника. Кого из них вы желаете видеть?

Наконец господин Кирсанов овладел своими эмоциями, отложил в сторону неработающее, а потому бесполезное средство коммуникации между хозяином дома и служанкой, или дежурным охранником, строго посмотрел на нас и холодным голосом произнёс:

— Прежде всего я хотел бы, чтобы вы оба немедленно покинули мой дом, но понимаю, что вы этого не сделаете, ибо появились здесь с какой-то целью. Во-первых, имейте в виду, что шантажировать меня не получится, ибо на то имеется очень веская причина, во-вторых, вам не удастся беспрепятственно выйти отсюда, вас сразу задержат мои охранники.

— Игорь Платонович, в ваших словах нет логики, — засмеялся Артём, — сами посудите, если мы с другом смогли, как вы выразились, беспрепятственно попасть в эту гостиную, то с чего вы взяли, что мы не сможем также покинуть её? Это ответ на ваше «во-вторых». А что касается «во-первых», то и здесь вы ошибаетесь — всегда можно найти, чем пошантажировать такого уважаемого и состоятельного человека, как вы. Да, несколько минут назад вы мысленно говорили себе, что за вами нет криминала, связанного с физическим устранением недоброжелателей. Но ведь имелись случаи, когда вам приходилось действовать незаконными методами, пусть и без привлечения киллера. Если же вы имеете в виду то, что с вашей болячкой уже нечего бояться, так и здесь вы очень сильно ошибаетесь. Согласитесь, одно дело перейти в мир иной, пребывая вот в такой роскоши, и совсем другое дело, лежать на койке в тюремной больнице. Впрочем, не переживайте, уважаемый господин Кирсанов, мы явились к вам с другой целью, намерения наши очень мирные, а цели этого визита, как мы надеемся, взаимовыгодные. А чтобы и дальше не вводить вас в соблазн изгнать нас из этого дома, я напомню слова, которые пару месяцев назад вам сказала послушница женского монастыря: «Не теряйте надежды, произойдёт-таки чудо, к вам явится посланник из другого мира, вот он и поможет ищущему и страждущему».