Силы покидают меня. Я не могу больше ползти. Не могу говорить. Не могу даже дышать. Я должен умереть. Я не имею права жить...
— Кажется, пришла моя пора расплатиться за должок?
Открываю глаза и вижу девушку. Что-то знакомое в чертах ее лица. Я уже видел его. Когда-то давно. Да, тогда я тоже горел, точнее, горели только мои руки. Перед глазами поплыли воспоминания. Деревня, тени, Ден. И она. Призрак, который спас нас тогда. Девушка, которая умерла, но осталась духом в мире живых. Это точно она.
— Вставай, Леший. Не здесь твой путь должен окончиться.
Девушка подходит и помогает мне встать. Она обхватывает меня сбоку и ведет к двери. И снова боль. Новая нестерпимая боль. Судороги бьют все мое тело, я падаю, но моя спасительница держит меня крепко. Она ведет меня дальше, заставляя делать шаги по направлению к двери. В голове мелькают образы, мне кажется, я сошел с ума. Где я? Кто я?
— Живи... — шепчет она прямо в ухо и резко толкает меня. Я успеваю заметить, как створки двери остаются позади, и открываю глаза...
* * *
С момента самоубийства вождя маленьких монстров прошло буквально несколько мгновений. Огромный медведь неподвижно сидел возле безжизненного тела своего хозяина и тихо скулил, как вдруг человек открыл глаза. Хотя человеком его назвать было сложно. Кожа, натянутая на кости. Ни грамма жира и даже мышцы, кажется, исчезли. Живая мумия. О том, что живая, свидетельствовали вновь закровоточившие раны на груди и плече. Маленький монстрик, лежащий на человеке, пришел в себя и поднялся на ноги. Он покачал головой и тонко пропел:
— Иууууитсяяяинуууу!
Группа таких же существ, похожих на плюшевых мишек, восторженно закричала, а медведь с волнением заглядывал в лицо своего друга — человека.
Леший не мог больше держать глаза открытыми. Он заснул. Толпа маленьких существ подняла его на свои крохотные ручки и понесла в сторону пещеры. Их огромный собрат, с подозрением наблюдая за ними, пошел следом.
XI
— Иаууууутттуууу!
— Что опять? — я скривился и выпил какой-то гадкий отвар.
Эти коротышки оказались теми еще садистами. Если честно, первое время я думал, что они просто хотят меня добить. А они в свою очередь пользовались моим бессилием, совали свои маленькие ручонки, измазанные в какой-то зеленой гадости, прямо в раны. Я думал, не выдержу. Однако раны постепенно заживали, и в последние две недели они перевели меня на употребление какого-то особенно мерзкого зелья. Учитывая, что основное мучение наконец-то закончилось, я не был против. Пробитое ребро, вроде, зажило, правда, стало толще остальных и сейчас немного выпирало. Его было хорошо видно, потому что мое тело еще не набрало жир. Меня можно использовать на занятиях по анатомии.