– Марина, кто там? – послышался из глубины дома баритон Владимира Геннадьевича, но не успела я вздохнуть с облегчением, как мама все испортила:

– Никто. Простите. Мы уже уходим.

Не дожидаясь появления Добрынина, она развернулась на пятках и, махнув мне рукой, поспешила прочь по протоптанной тропинке.

– Мама! Мама! Я все объясню! – Я сорвалась следом, но путь мне преградил Владимир Геннадьевич.

– Я сам! – рявкнул он на меня так грозно, что спорить с ним не стал бы даже дурак.

Я остановилась как вкопанная и, обхватив себя за плечи, не моргая, наблюдала, как вдали исчезал мамин силуэт, а вдогонку мчался Добрынин.

– Догонит!

Я вздрогнула, когда за спиной раздался голос Мити.

– Отец в молодости марафоны бегал. Ну чего так смотришь? Не веришь? Так у нас даже кубки есть. Я тебе потом покажу.

– Мить, мы все испортили, да?

– Не все, – усмехнулся Добрыня. Он обнял меня со спины, уперся подбородком в мое плечо, а потом добавил: – Только наши с тобой планы на беззаботное лето.

– О чем ты? Твоя мама…

– Полночи ядом брызгала, обвиняя отца в недостаточном контроле надо мной. Батя не выдержал и решил купить ей билеты на ближайший рейс до Сочи. Как раз бронировал местечко в самом хвосте, а тут вы приехали.

– Выходит, наш план не сработал?

– Аллилуйя!

– Но что, если мама и твой отец не помирятся? Знаешь, в ее голове такой беспорядок…

– Значит, нам придется придумать новый план, на сей раз – по их сведению. Нам не впервой. Прорвемся!

– Мне бы твою уверенность! – Улыбнувшись, я накрыла Митины ладони своими и, прикрыв глаза, растворилась в его объятиях.

– Вместе справимся, ты, главное, не сомневайся!

– Не буду, – промурлыкала я в ответ, а потом вдруг вспомнила: – Погоди, Добрынин, а что ты там говорил про беззаботное лето?

– Во-от! А это самое интересное, Варь! – чмокнув меня в щеку, рассмеялся Митя. – Оно отменяется!

Эпилог

Варя

«Уважаемые пассажиры! Продолжается посадка на электропоезд, номер 125, следующий до станции Ягодное. Электропоезд находится на первом пути пригородной платформы. Нумерация вагонов с хвоста поезда».

– Варя, ты зарядку для телефона взяла? – переступая с ноги на ногу, спросила мама.

– Да.

– А зубную щетку?

– Ма-ам… – недовольно протянула я.

Меня и без того бесила вся эта привокзальная суета, так еще и мама нагнетала со своей заботой. Нет, главное – сама поддержала идею Добрынина-старшего проучить нас с Митей, а теперь делала вид, что волнуется за меня.

– А ветровку сложила?

– Ага, вместе с валенками и шапкой-ушанкой. Мам, июль на дворе!

Мне пришлось откатить чемодан подальше от встревоженного взгляда родительницы, а не то она бы точно принялась шерудить в моих вещах прямо здесь, на перроне.