Зато много смеха и радости вызвали добытые доспехи. Игнат, облаченный в них, выглядел таким комично важным, что парни не могли сдержать смеха.
Почему Игнат, а не, допустим, сам Максим? Так размер получился маловат, одному только щуплому, невысокому Игнату и оказались впору. Впрочем, смех смехом, а эти доспехи могли при случае и жизнь спасти, поэтому Артемьев распорядился, чтобы Игнат ходил в них, первое время, по возможности, не снимая. Ну, чтобы привычку выработать. Разве что для шлема сделал послабление. Очень уж обзор в том Закрытом бургиньоте, как по правильному именовался такой тип шлемов, был затрудненным.
День 22 октября еще отец Петра Первого, Алексей Тишайший объявил праздничным. Правда, праздник тот, как и большинство праздников на Святой Руси, считался чисто церковным, День Казанской иконы Божией Матери, но праздновали его всем миром, как говорится, и ныне дикой якут, и друг степей, калмык. Ну, и, конечно же, крещеный православный люд в первую очередь. Не работали. По этому случаю, даже занятия в институте в этот день не велись. Собственно, и в том мире охота у Максимовых дружинников тоже была по такому случаю отложена. Все и парни, и женщины были доставлены Максимом еще с вечера на Землю и там оставлены до утра следующего за праздничным дня.
М-да, праздник! Только вот поспать подольше в этот праздничный день у наших студентов не получилось. А обязательную к посещению праздничную Литургию Иоанна Златоуста для них, православных, никто не отменял, и мероприятие это ох, и дли-инное. Правда, Максим и в церкви отыскал себе развлечение. Точнее, развлечение само к нему подошло едва ли не вплотную. Еще точнее, не к нему лично, а просто там, где встал наш студент, был небольшой затененный закуток, и можно было не строить умудренных благообразных ликов взамен обычного своего лица. Так вот, о развлечении…. Красавица Голда встала совсем рядом и была несказанно удивлена, когда какой-то молодой человек тихонько взял ее за руку. Вскинулась. Но, быстро опознав охальника, промолчала и даже свою руку у него не забрала. А немного погодя, еще и улыбнулась тихонечко. А потом снова, с самым серьезным видом на батюшку, читающего какие-то христианские тексты, уставилась. Правда, улыбка снова, то и дело, чуточку искажала уголки ее губ.
После окончания богослужения Максим при выходе уже взял девицу под руку почти что на правах собственника. Ведь дама сама часа два кряду кисть свою у кавалера не отнимала, чего же более то? Запомнилась недовольная гримаса Алексея, когда он увидел, кого «отловил» его товарищ. А поделом ему! Сам усвистал куда-то, завидев какого-то знакомца (или все же знакомую?) в другом конце церкви.