— Как там тебя… — остановился я, вглядываясь в глаза мертвеца, видимые из-за прорезей личины.

— Фатих Сонмез, — ответил страж.

— А-а-а, из новеньких… — узнал я его. — Жалоб нет?

— Нет, повелитель, — покачал головой Сонмез.

Я армировал его кости стальными планками, соорудил подвижный бронеэлемент из алюминия под кожей в области груди, а ещё усилил череп полусферической стальной пластиной. Риски каких-то косяков были высоки, поэтому надо будет выбрать время и проверить партию новых мертвецов, сделанных из купленных рабов и упавших с небес тел.

«Наверху» опять какая-то заварушка, потому что трупы падают регулярно, в основном с насильственными причинами смерти. Иногда обезглавленных отсыпает, но и такие у меня не пропадают зря.

Морозильная комната, упёртая с птицефабрики, ещё не смонтирована, но зато мы притащили с собой очень много льда, благо, его нынче на Земле хоть жопой жуй…

— Зачем жевать лёд жопой — это вопрос из вопросов… — пробормотал я, входя в темницу.

Тут всё устроено в лучших традициях кровавых силовиков: бетонные стены, КПП с амбразурой для стрельбы, камеры отделены друг от друга, есть общая камера и восемь одиночек, а также два карцера хуёвого содержания.

Пришлось лить двери из бронзы, потому что персы спёрли в этом городе даже намёки на металл. Но ничего, отлили и установили.

— Список заключённых, — протянул я руку к дежурному немёртвому.

Тот передал мне журнал формата А4, в котором содержались основные сведения о содержащихся под стражей индивидов.

— Так, Анастасий, крестьянин, Феодор, горожанин, Никомед, крестьянин… — начал я водить пальцем по списку. — А где земляне? А, вот они… Семён Бастрыкин, дазайерт… что за дазайерт?

Гюркан Уйгун, немёртвый из отряда «Кумбасар», пожал плечами.

— Семё-ё-ён! — позвал я. — Ты кто, нахрен, такой⁈ А-а-а, понял. Дизайнер!

— Да, — раздалось из общей камеры.

— Тогда понятно, чего это тебя персы сплавили на погибель верную и нежизнь вечную, — усмехнулся я. — Следующий. Карина… Да ну нахер⁈

— Лёша, привет… — протиснулась к двери моя давняя знакомая.

— Да ты што! — заулыбался я. — Неужто сама Карина Иванян⁈

Только вот я вижу, что у неё на глазах какая-то плёнка и шрамы от ожогов вокруг глаз. Похоже на намеренное ослепление.

— Прошу тебя, помоги нам, Лёша… — взмолилась Карина.

Староста 605 группы нашего героического ТГМУ. Теперь уже бывший, как я понимаю. Когда я в последний раз её видел? Вечность назад?

— Когда мы с тобой последний раз общались, не напомнишь мне? — спросил я у Карины.

— Лёша, пожалуйста… — продолжала Карина.

— Я задал тебе вопрос, — твёрдо произнёс я.