Леви был рад, что именно ему выпала возможность служить военным лидером похода в родной мир повелителя. Его высокое положение в иерархии остальных мертвецов на службе лича дополнительно упрочнилось, поэтому почти все признают его Правой рукой.

Но чтобы оставаться на вершине, нельзя было допускать ошибок, которые, нет-нет, а случаются. Например, это его провал, когда их чуть не застали врасплох на прибрежном тракте.

Повезло, что для вегмов это столкновение тоже стало сюрпризом, а ещё повезло, что они пренебрегают тактикой. Натиск в лоб был удержан, после чего началось ожесточённое противостояние с разменом ударами на удары, что невыгодно, когда у тебя мало воинов, но тут сильно помог лич. Стихийно сформированный строй вегмов был разрушен, а ещё повелитель сумел разглядеть то, что вегмы сильно завязаны на своих вождей.

Леви лично пристрелил троих вождей, прямыми попаданиями в головы — помог отчасти случай, потому что, сразу по выходу из ствола, пули их мушкетов летят почти что в произвольном направлении. Ещё сильно портит всё адский холод, служащий причиной осечек и замедления перезарядки. Возможно, имеет смысл попросить повелителя отказаться от мушкетов в пользу пик и мечей?

— Троих в разведку, — распорядился лич. — Не нравится мне эта тишина…

Сейчас они находились у деревни со странным названием, непривычно звучащим для ромейского уха, и размышляли о способах её завоевания. Точнее, размышлял лич, а немёртвые стояли и ждали приказов.

Этот мир совершенно чужд всему, что Леви знает о жизни и нежизни. Странные материалы, из которых давно мёртвые люди строили свои дома, невероятные технологии, брошенные на обращение в прах, вегмы, непонятно как выживающие в таких плохих условиях — всё это удивляет Леви, но виду он не подаёт, а только радуется этому живому чувству — удивлению.

— Я иду с разведчиками, а вы занимайте оборону, — приказал лич. — По моему сигналу срываетесь и идёте на подмогу.

— Принято, повелитель, — ответил на это Леви.

Лич пошёл вперёд, разведчики последовали за ним, а Леви быстро раздал приказы и велел держать мушкеты наготове.

— О, нихуя себе! — обрадованно воскликнул лич. — Волноломы! Ребята, у нас сегодня праздник!

Вот ещё одно. Сверхпрочные камни, которым самое место в крепостной стене, местные люди использовали, чтобы гасить волны прибоя.

Лич походил по льду, посмотрел на вмороженные в него камни, после чего пошёл дальше, вглубь этой небольшой деревни, протянувшейся вдоль побережья.

Минут двадцать ничего не происходило, дозорный, выставленный на холме, молчал.