— Здравс-с-ствуй, — знакомый и одновременно с этим мерзкий голос пронёсся по бывшему коллектору, бередя в душе потаённые струны.

* * *

— Плотов⁈ — директор спустился во внутренний двор, когда временный заместитель декана спокойно обедал. — О, прости, не хотелось бы отвлекать, но дело не терпит отлагательств.

— Да, господин Годунов, — блондинчик мигом вскинулся, отложив обед. — Слушаю.

— В реальности замечены странные магические колебания. Похожи на те, что были ночью, когда похитили сестру Волкова.

— Хотите, чтобы я помог вашему любимчику? — усмехнулся Плотов, но тут же сконфуженно опустил взгляд, увидев хмурое лицо начальника. — Прошу прощения, господин Годунов. Не хотел вас оскорбить.

— Прощаю, — хмыкнул тот. — Всё же команда Волкова имеет оглушительный успех, и не без твоей помощи, так что гордись этим.

— Я горжусь, господин Годунов, — поклонился парень. — Благодарю, что оказали подобную честь…

— Довольно, — грубо прервал его директор. — В общем, тебе надо вернуться в человеческий мир и узнать, что это за колебания. Если Матвею понадобится помощь, то ты знаешь, что делать.

При этих словах, Плотов хитро улыбнулся.

— Да, господин Годунов, я всё помню.

— Вот и отлично. Ты помнишь, что эту операцию желательно провести без лишнего шума. А в идеале сделать так, чтобы её никогда и не было.

— Я вас понял, господин Годунов, — кивнул Плотов. — Если я повстречаю там Волкова, могу ли рассказать ему обо всём?

— Пока не стоит, — покачал головой директор. — Лучше я сам, когда он вернётся с сестрой к нам в академию.

— Вы так уверены, что она жива?

— Я уверен в том, что Матвей добьётся своего, — мягко улыбнулся Годунов. — Если он решил разыскать её и вернуть, то так и будет. Поэтому вы должны ему помочь. Возьми с собой проверенных Истинных. К примеру, Снегову.

— Снегову? — удивился Плотов. — Разве она в академии?

— Нет, но разыщи её. Дело довольно щепетильное, а она в курсе многих проблем с Лишними.

— Как скажете, господин Годунов, — Плотов ещё раз поклонился. — Разрешите приступить?

— Дерзай, — директор на прощание кивнул и направился обратно в академию.

Плотов же провёл его хитрым взглядом.

— Эх, господин Годунов, ну вот зачем вы так?

* * *

Принесла нелёгкая, — подумалось в тот момент мне.

Серокожий Лишний стоял перед нами, так сказать, в чём мать родила (если к ним такое понятие вообще применимо) и злобно шипел. Чёрные глаза излучали злость, кулаки сжимались и разжимались, а от него самого веяло опасностью. Однако на мерзком лице играла ехидная ухмылка.

— Айка, — протянул он, посмотрев на мою подругу. — Рад видеть тебя с-с-снова.