Короче, будет очень неприятно, если подставимся. Много чего по результатам потерять можем. и вопрос не только репутации. Семейные активы тоже «уплывут» в счет погашения морального вреда «обиженным».

— Виктор Франклович, Семен Силыч, здравствуйте! — Вежливо склонил голову я.

Обменялись крепкими рукопожатиями и вполне стандартными фразами из серии «сколько зим» и «как возмужал-то».

— Господа, Светлана Александровна! — Тут же взял слово отец. — Есть ли вопросы по предстоящему выезду?

Никто не ответил. Да и накануне все подробно разобрали, с сегодняшним «контрольным» прогоном. Для большинства это была вовсе не первая «острая» ситуация. Все-таки не в сказке живем.

— Тогда по машинам! — Александр Сергеевич хлопнул в ладоши и все чинно отправились на выход мимо застывшей Марты, у которой тоже нашлись по нескольку слов для некоторых и из нас.

— Николай, Светлана, — в кои-то веки она опустила упоминание общества. — Вам подготовить какао к возвращению?

Прекрасная поддержка! И никаких сомнений в том, что вернемся. За то и любим!

Мы с радостью кивнули. Когда тебя кто-то ждет, вернуться хочется куда больше.

Прямо напротив крыльца нас ждали моя «Волга» и отцовская парадная «Чайка» из новосделанных. Красота, на мой взгляд, неописуемая.

Настал черед последних штрихов. На антенну рации, вынесенную на крышу моей «Волги», я повязал ярко-алую ленту так высоко, как смог дотянуться. Ее установили накануне. Вот закончится все, и, если моя машина не останется остовом обгорелым на той поляне, рацию вновь демонтируют. Не так много их у нас.

Вот теперь все.

Порядок посадки в машины был строго оговорен заранее. Бойцы в куртках заняли водительские места обоих авто. Рыжий Сашка отправился с нами, а коренастый хмурый шатен с явной примесью татарских кровей стал «возницей» второго авто. В лимузин сели отец, сестренка, Арнольд Фарисович и, конечно, дядька Игорь «за стрелка». На переднее пассажирское, то есть, умостился. В нашем экипаже это место досталось мне, а на заднем диване устроились Виктор Франклович и Семен Силыч.

— Хорошо получилось! — Заявил наш главный судостроитель, похлопав по обивке дивана.

— Ага! — Как-то одинаково откликнулись мы со вторым мастером.

А что? Оба немало трудов в эту машину вложили! Имеем право чуть погордиться.

Рассмеялись мы уже все втроем. Сашка в разговоре не участвовал. Он уже на своей волне. Так что не до наших шуточек ему.

Первой с территории усадьбы выехал рассекающий пространство черной акулой лимузин. Мы выдвинулись следом. «Белорубашечникам» было не в первой работать в паре, так что общий темп движения нашего кортежа был степенен и величественен. Тем более, спешить нам было некуда. Выбранное для толковища место было совсем недалеко. В каких-то пяти километрах. Нет у нас сейчас больших расстояний. По крайней мере, внутри «желтой зоны», которая еще кое-как контролировалась гарнизоном и чуть лучше императорской гвардией. Устраивать разборки в местах более диких я бы поостерегся. Есть неплохой шанс нарваться так, что победителей не останется вообще. Вокруг обжитых зон какого только сброда не встречается в поисках чем бы поживиться. Причем один и тот же «бедный и несчастный» может стоять в очереди «клирингового центра», чтобы конвертировать в стол и кров нечто найденное в ничейных землях, а завтра уже режет горло часовому гарнизонного разъезда. Не самая спокойная жизнь за стенами городов.