Сама девушка одета в белоснежное платье с глубоким вырезом на бедре. Мда, даже на божественном плане богиня красоты себе не изменяет.

Не пойму, на кого она больше похожа, на ангела или на демона.

Тут подходят обе трактовки, но в целом впечатление очень гармоничное. Правда, сразу понятно, что в когти ей лучше не попадаться.

— Но вот теперь-то ему некуда бежать, — заявляет Чёрти-что, нацелив свой клинок на огромного змея. — Мы загнали его в его логово. Это его собственный мир, отступать некуда.

Платиновая блондинка одета в свои пластинчатые доспехи, на лице серебряная маска. Волосы завязаны голубой лентой в высокий конский хвост.

— Добьём гада! — смеётся Мирантис.

Вместо ответа Пернатый Бог издаёт оглушительный вой. Весь божественный план дрожит от его звука.

— Король Шурик, — обернувшись, я замечаю Уилсона, который протягивает мне небольшой флажок. — Возьмите.

— Что это? — с интересом рассматриваю я артефакт.

— Флаг подавления, — отвечает вместо Уилсона Чёрти-что. — Он содержит нашу силу. С его помощью тебе нужно будет оборвать связь Пернатого Бога с материальным миром.

— Сделаю, — говорю я.

Наш изначальный план, который заключался в одновременной атаке, что на божественном плане, что в материальном мире, не сработал. Пернатый Бог, предвидя нечто подобное, разместил вокруг своего алтаря непроницаемый барьер. Прорваться через него те же Демоны Утёса просто не сумели.

Да и вряд ли у них это получится.

Поэтому надо не просто отвлечь гада, но и победить его здесь и сейчас. По крайней мере, прервать его связь с алтарями. План рискованный, так как, ясное дело, враг не будет сидеть смирно и смотреть на то, как мы достигаем своих целей.

Но иного выхода попросту не было! Чем дольше идёт бой над долиной, тем больше Спарта несёт потерь.

Тем более, что Пернатый Бог действительно оказался крепким орешком! Даже общих усилий Пантеона хватает, только чтобы подавить его, но никак не уничтожить. Отъелась гадина, так отъелась — ничего не скажешь!

Так что Чёрти-что и Мирантис отвлекут на себя змея, пока я как раз-таки отсеку ублюдка от своих почитателей.

— Ну, что, по коням? — спрашивает меня Чёрти-что.

— Накажем мерзавца? — хмыкает Мирантис.

Бог Удачи молча накладывает на меня своё благословение. В бою Уилсон пока что не помощник.

Его дело — стоять в стороне, усиливая основных бойцов.

— Вперёд, — даю я отмашку.

И богини превращаются в два луча света, чёрный и красный. Они обрушиваются на пернатого бога, заставляя его взвыть от ярости.

Сам же я срываюсь вниз по горному склону и несусь в атаку.

БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!