Вы сопротивляетесь ужасу!
Вы сопротивляетесь ужасу!
Вы сопротивляетесь ужасу!
Надо мной взмывает Мираж ужаса. Здесь по сравнению с богом, он выглядит совсем небольшим. Не похоже, что он способен причинить змею серьёзный ущерб. Он этого и не делает, вместо этого накрывая меня и в буквальном смысле принимая на себя весь удар. Наверное, только благодаря ему я переживаю этот краткий, но мучительный миг.
— Мы — твои противники! — гремит над долиной рёв Чёрти-что. — Дерись с нами, червяк!
Небо перечёркивают алые всполохи, которые оставляет стремительно летящая Миратнис. Когтями она вцепляется Змею в горло. Рядом на скале застыла чёрная фигура Чёрти-что. Она швыряет молнии словно дротики. Пернатый Бог ревёт, вновь отвлекаясь на двух богинь.
Делаю короткий вздох облегчения. Тело не слушается, кажется, во мне не осталось ни единого целого участка. Но я поднимаюсь. Не один я сейчас веду борьбу. Мои солдаты жертвуют собой, выигрывая время. Мои друзья платят своими жизнями. Мои товарищи берут на себя невероятный риск, веря, что я приведу их к победе.
Я не могу сдаться. Не могу оступиться. Не могу просто остановиться! Не тогда, когда столько людей рассчитывает на меня!
Третий шаг, четвёртый, пятый. Каждая клетка тела горит в агонии, но я протягиваю ладонь с флажком к золотистой сфере.
— Пропади оно пропадом! — рычу я и вонзаю артефакт в сферу.
— НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!
И миниатюрную долину заполняет золотистый свет.
* * *
— Барьер! Он рухнул! Быстрее! Спартак, давай живее! — взревел Лукулл, когда странная поблескивающая плёнка вокруг алтаря исчезла.
Просто так, с тихим хлопком.
Демоны Утёса столкнулись с подоспевшими жрецами. Казалось, врагам нет конца, QWERTY привёл в подземелья все оставшиеся резервы. Их прижали к самому алтарю, и теперь воины бились на пределе возможного. Они сомкнулись в кольцо, в центре которого был жертвенный камень, над которым мерцала странного вида сфера.
Демоны уже мысленно попрощались с жизнью. Но их терзало не это, а то, что они провалили задание. Защитный барьер не поддавался никакому оружию.
Всё, что они могли, — это держаться до последнего.
Оттолкнув жреца ногой, Спартак рванул назад на пределе возможностей. Пока остальные сомкнув ряды сдерживали жрецов, он вытащил из заплечного мешка пузатый бочонок.
— Устанавливаем, — бормотал он под нос, вспоминая инструкцию Пыха, — крутим медный диск наверху два раза до щелчка. Щёлк! Бежим со всех ног… — Спартак оглянулся, понимая, что эту часть плана выполнить труднее всего, жрецы обступили со всех сторон. — Бомба! — заорал он истошно. — Сейчас рванёт!