Одна видеозапись сменяет другую. Героическая жертва экипажа боевой баржи. Столкновения с мутантами на палубах дирижаблей. Кровавая мясорубка на земле. Взятие одного и того же редута десятки и десятки раз. Мутанты-солдаты и их острые, точно бритва, лезвия. Мутанты-стрелки и их биопушки. Мутанты — воины, их ярость и несокрушимые доспехи.

Всё это сливается в единый образ жуткого и непонятного врага. Куда более страшного, чем любая человеческая фракция.

— Что это… такое? — сглатывает Энрике. — Что это за хрень вообще?

— Это, мой друг, то, что ждёт нас всех на севере, — вздыхаю я и падаю в кресло напротив повелителя Пятиморья.

Похоже, тёмные эльфы всё ещё наведываются в гости к мужчине, поскольку его камера представляет собою уютно обставленный кабинет. Всяко лучше, чем голые каменные стены, сырой мох да горстка соломы в качестве кровати.

— Это и есть причина, по которой я хочу тебе предложить свою помощь, — продолжаю я, смотря в глаза Энрике, — Помощь Спарты в кратчайшем разрешении войны, охватившей твой регион.

— Если ты вдруг пересмотрел свои планы, то почему просто не отправил сюда свой флот? — хмурится Энрике. — Тогда бы ты легко одолел что силы Бенедикта, что флот Клея.

Мужчина напротив меня хоть и не любил лезть в политику, но дураком никогда не был. Это ясно, как день. Энрике понимает, что, несмотря на наши личные с ним отношения, я остаюсь Королём Спарты. И если бы мне нужно было, то я без особых проблем послал бы на запад весь военно-морской флот.

Разложенное гражданской войной, разобщённое и утратившее единство, Пятиморье не смогло бы остановить продвижение моих сил. В течение нескольких месяцев Спарта бы уже входила в Мадрид. Это даже не обсуждается.

И почему тогда при всём при этом я вдруг сижу здесь и протягиваю руку помощи Энрике, своему сопернику за власть над регионом?

Всё просто. Потому что мне так выгоднее!

— Конечно, я бы мог вмешаться в вашу гражданскую войну, — киваю я. — Разбить силы и бунтовщиков, и лоялистов, пока они ослаблены противостоянием друг с другом. Мои бы гвардейцы вошли в Мадрид и обезглавили Бенедикта и его свору. Но что потом?

— Потом? — вскидывает брови Энрике.

— Чем я буду лучше Совета Мадрида? — спрашиваю я. — Примут ли местные игроки власть Спартанского Королевства над собой после того, как я избавлюсь от тебя и любимчика народа, адмирала Клея?

— Сомневаюсь, что они примут тебя с распростёртыми объятиями, — фыркает бывший правитель Мадрида. — Но спустя время…

— Вот тут-то и кроется главная проблема, — вздыхаю я. — Время, Энрике. Чтобы интегрировать Пятиморье мне потребуется время. Время и много ресурсов. Которых, откровенно говоря, у Спарты сейчас попросту нет. Я не смогу проглотить этот кусок, не подавившись в процессе.