Но всего этого оказывается недостаточно, чтобы сберечь наш воздушный флот.

Тут и там в борта дирижаблей вгрызаются кислотные снаряды, с бешеной скоростью прожигая корпуса из древесины. После столь страшного удара суда раскалываются на куски прямо в воздухе и падают осколками на головы спартанцев.

Хорошо хоть, что над нашими позициями также вспыхивает энергетический купол, только благодаря ему на земле игроки не получают травмы.

Вот только ситуация всё равно от этого факта легче не становится. Над головой творится сущий филиал ада, а пожиратели уверенно движутся к южному берегу. Если они смогут приземлиться по эту сторону канала, то быть беде!

И это мягко сказано! Уйдут ведь сволочи под землю, и тогда попробуй их ещё поймать! Нет, если я не хочу допустить катастрофы на северных землях Спарты, то пожирателей нужно сбить в воду любой ценой! Здесь и сейчас! Без промедления!

— Базальт, Малой! — кричу я товарищам. — На вас контроль за землёй. Делайте, что хотите, но сбейте этих гадов в воду! Я помогу в воздухе!

— Сделаем!

Подставив к губам большой и указательный пальцы, я свищу так, что уши закладывает. Но своего я добиваюсь. Из-за ближайшего холма появляется он, мой Кроха! Пернатый змей с большими синими глазами и чёрной блестящей чешуёй серьёзно так прибавляет в весе за последние месяцы. И это мягко сказано. Теперь это настоящая виверна, которая выделяется размахом своих крыльев в том числе на фоне своих меньших собратьев.

Кроха всего за несколько взмахов крыльев оказывается прямо передо мной. Уже сейчас он смотрит на меня свысока, грозно шипя и то и дело пробуя сухой воздух вокруг нас.

— Давай, здоровяк, нам пора за работу, — хлопаю я Кроху по морде, и тот послушно подставляет своё крыло, чтобы я мог по нему забраться в седло. Да, несмотря на свои увеличившиеся габариты, змей не стал зазнаваться или качать права, как некоторые его сородичи. Наоборот, Кроха отличался невероятной покладистостью и спокойствием.

Все всадники без исключения отмечали невероятный ум моего воздушного скакуна. И я не мог с ними не согласиться!

— Ну, вперед, Кроха! — рявкаю я, вставив сапоги в крепления по бокам седла. Могучий змей расправляет свои крылья. Тёмно-синее оперение выглядит как предсумеречный небосвод, такое же необъятное.

Мы взмываем ввысь резко и стремительно. Меня аж вжимает в седло. Порывы ветра хлещут по щекам, а Кроха всё набирает и набирает скорость. Наконец, мы оказываемся прямо над парящими пожирателями.

Грибные шары всё с такой же яростью поливают кислотой спартанский воздушный флот. Вот только и наши солдаты не промах.