Лорд Милана выглядит задумчивым, кивая своим мыслям.
Похоже, думает, что стребовать с меня взамен.
И, когда мужчина уже готов дать свой ответ, дверь в кабинет с грохотом открывается, и в гору бумаги влетает запыхавшаяся фигура.
Мы с Лордом Милана подскакиваем со своих мест, готовые к любой неожиданности.
Тут из кипы бумаг появляется лицо раскрасневшейся Уль.
— Лорд Данте, код красный! У нас код красный! — кричит она в панике.
Лорд Данте моментально мрачнеет, после чего поворачивается ко мне.
— Кажется, нам придётся отложить нашу беседу на неопределённый срок, Лорд Шурик. Красный код — это не шутки, — вздыхает мужчина.
— Что он значит? — удивляюсь я.
— Чрезвычайное происшествие, при котором уже есть жертвы, — сообщает Данте. — Я попрошу вас вернуться в ваши покои под моей охраной. Ваша жизнь сейчас имеет для меня первостепенное значение. Надеюсь вы понимаете почему?
Глава 15
Уль неспешно и осторожно продвигалась по улицам Милана.
Весь полис жужжал, словно растревоженный улей.
Красный код.
Уже успев обжечься один раз, жители поселения не медлили ни секунды и пытались убраться с улиц и забарикадироваться в своих домах.
Так у них был хоть какой-то шанс пережить грядущий ужас.
Уль едва слышно фыркнула, думая об этом. Поправив свои угольно-чёрные волосы, она нырнула в очередной закоулок, которых в Милане имелись десятки и сотни.
И лишь местные знали эту сеть коридоров, как свои пять пальцев.
Случись так, что на Милан нападёт кто-нибудь извне, и его будет ждать ожесточённое сопротивление Миланцев.
Едва ли не самая настоящая партизанская война.
Уль миновала один переулок за другим, пока снова не вышла к внутреннему району, где располагались богатые особняки и дома самых влиятельных учёных полиса.
Уже уверенным шагом девушка добралась до укрытого в густой листве особняка. На фоне жилищ учёных он выглядел куда приземлённей и скромнее.
Однако это был лишь внешний фасад, целью которого как раз было спутать мысли гостя.
Ведь уже проходя входной порог, Уль очутилась в богато обставленном коридоре, украшенном картинами, вазами и прочими предметами роскоши.
Совсем, как в лучших дворцах Вавилона. Не зря же Джотто так долго был посланцем Милана в этом городе и главой торговой миссии. Его резиденция и там была образцом пафоса, но тогда Уль считала это частью работы.
Хотя миланцев и боялись, но чиновники Вавилона более всего любили деньги и за них готовы были пересилить любой страх. А Джотто был действительно хорошим дипломатом, это была его особый талант, который в своё время сослужил хорошую службу Милану в деле закупки рабов и пленников для нужд и экспериментов.