Христов показывает что бить нужно по свистку, французы выстраивают стенку а мы стоим с мячом и решаем кто будет бить.

— Да что тут думать? — говорю я и подняв мяч с травы отдаю его Желудкову — Юра, давай бей.

— Да, пусть Юра бъёт, — говорит Алейников. Остальные соглашаются и оставляют зенитовца наедине с мячом.

Тот крутит мяч в руках а потом каким-то резким, можно даже сказать дерганым движением ставит его на траву. Французы уже поставили стенку и вот судья даёт свисток.

Желудков смотрит на мяч, на стенку, на Батса за ней Трибуны беснуются а Юра начинает разбег. Шаг, второй, третий, удар! Сильный, точный, по отличной уходящей от Батса траектории!

Француз прыгает за мячом… И не достаёт его! Не достаёт! Мяч влетает точнехонько в дальнюю девятку! Вот как рукой положил Желудков!

Мы сбиваем его с ног и через мгновение Юру вообще не видно за нашими телами! Счёт равный! Два-два, чтоб вас!

На трибунах оглушительный свист, море французских флагов куда-то делось и только с десяток наших родных багряных стягов гордо реют над прибитыми голом Желудкова французами. Вот так вот.

Но игра еще не вся. Мы только смогли сравнять.

* * *

Минута до конца основного времени матча.

Женгини бьёт из-за пределов штрафной. Мяч попадает в спину Демьяненко и отлетает точно в ноги Платини.

Мишель его обрабатывает, прокидывает мимо выбросившегося на него Зыгмантовича и входит в штрафную, там он накручивает Алейникова и метров с десяти стреляет низом в ближний.

А потом задирает голову и кричит в ночное парижское небо. Миша Бирюков уже в который раз спасает наши, хммм… головы. Угловой.

Мы все в нашей штрафной. Даже я, хотя Малофеев и запретил мне в ней появляться. Правда я стою на линии штрафной, но чисто технически это тоже считается. Стадион замер в ожидании, и вот подача.

Мяч летит на дальнюю штангу, Хорошо летит, очень хорошо! Но не для французов, для нас.

Потому что конечно точкой его полёта становятся руки Миши Бирюкова, который в богатырском, очень высоком прыжке забирает его.

А потом миша вскакивает на ноги и с мячом в руках бежит к линии штрафной. А я просто бегу, бегу в сторону французских ворот.

Бегу, бегу, а потом ловлю мяч на мысок левой бутсы. Бирюков пару раз на тренировках бросал мне вот так, далеко на ход и сейчас, в такой сверх важный момент не только для нас. для всего совесткого спорта он сделал тоже самое.

Я обрабатываю мяч в районе центрального круга и между мной и французскими воротами всего один защитник, вышедший вместо Батистона Аморос.

Я его обыгрываю в центральном круге, и убегаю. Он меня догоняет, как и еще один француз. Снова финты, целая серия, и снова я ухожу от них.