«Ну, комендант гарнизона показался мне вполне разумным мужчиной. Наверняка спасет город от штурма за десяток подвод зерна», — вспоминаю я графа.

Сам я отправил пару гонцов в села, чтобы предупредили, кого найдут, что степняки теперь не должны никого грабить и убивать, есть с ними у нового хозяина такой уговор. Кто в лесах прячется, пусть там пока и сидят, не рискуют возвращаться во избежание.

Воины-гонцы выехали из замка, посмотрели на ургов, урги посмотрели на них и все. После воины ускакали, а степняки продолжили готовить еду и незатейливо радоваться жизни.

— Это, ваша милость. А долго они тут сидеть собираются? — спросил меня кастелян.

— А что?

— Так хотели отправить воинов за урожаем в села. Лучше в замке хранить, чем в деревенских амбарах, всяко надежнее.

Вот насчет того, сколько урги будут народу докучать своим опасным видом — мы с вождями вообще не договаривались. Понятно, добившись мира, я больше никакими условиями степняков не достаю. И так хорошо получилось, чтобы еще какие-то условия выкатывать. Сами они меня так проверяют наверняка.

— Ладно, утро вечера мудренее. Вот проснемся, тогда и посмотрим. Да не так много их тут осталось. Сотен пять всего.

Ночь в замке прошла тихо, баронесса встала в позу и ко мне не явилась. Я половому бойкоту только обрадовался, выспался хоть как следует, а то после ночи с ней, как совсем вареный, постоянно хожу.

Есть все же у меня какая-то усиленная плотская тяга к родовитым и красивым дворянкам. Мщу им много раз за ночь, как настоящий слесарь, пролетарий ручного труда, достойно нагибаю и отвечаю эксплуатирующему классу за века угнетения.

С утра ургов рядышком с замком не оказалось, слышал сквозь сон, как они с гортанными криками выезжали в путь. После завтрака я навестил больных в местном лазарете, потратил на каждого немного маны, совсем по чуть-чуть и отбыл с инспекцией по своим новым владениям.

Баронессу не вижу и вообще демонстрирую ей определенное охлаждение. С собой взял десяток местных воинов, которые теперь уже стали более-менее моими после всех чудес, которых насмотрелись за последние дни.

За утро объехали пять сел, принадлежащих замку де Куинжи, все пограбленные, но дома стоят, людей пока нет.

Хитрый барон на себя огонь не вызывал, вот поэтому жителям его владений урги сильно не мстили. Не жгли дома и не убивали, но скотину свели и жилища пограбили. Редкие оставшиеся жители поражаются, видя мой небольшой отряд. Зато, когда узнают, что у нас наладилось перемирие со степняками, очень таким новостям радуются, что хорошо заметно по оживающим лицам. А так каждый день налета ждут и со смертью готовятся встретиться, но хозяйство свое упорно не бросают.