Когда на алтарь было вылито больше половины тёмно-красной жидкости из бака, я почувствовал, как самочувствие резко ухудшилось. Задрожали ноги и руки, заныла спина, словно я выполняю уже не первый подход в спортзале с большими весами, в висках появилась болезненная пульсация в такт пульсу, а сам пульс и дыхание участились. Перед глазами замельтешили багровые «мушки».

«Чёрт, кажется, в этот раз я не рассчитал свои силы», — мелькнула в голове мысль, понимая, что вот-вот просто упаду без сил рядом алтарём, тем самым оборвав ритуал. И тут вдруг кто-то встал рядом и поддержал меня, не давая свалиться. Миг спустя кто-то ещё подставил своё плечо с другой стороны и голосом Ани произнёс:

— Я помогу!

Буквально сразу же я почувствовал прилив сил. Не так и много их прибыло, но вполне достаточно, чтобы завершить начатый ритуал. Лишь когда последняя капля крови упала на алтарь, я позволил себе отключиться.

Очнулся я, лёжа в кровати, укрытый лёгким, но толстым одеялом до самого подбородка. Состояние, в общем, было неплохим. О недавнем ритуале напоминало лёгкое сосущее ощущение под ложечкой и сонливость. Оглядевшись, я понял, что нахожусь в одном из бараков аванпоста. На это указывали голые стены, свежая желтоватая древесина бревен, из которых они (стены) были сложены и запах свежеспиленного леса, который ещё нескоро пропадет. Для меня при помощи тряпичной ширмы отгородили уголок два на два метра. Никаких звуков рядом не услышал. Тут или все спят, или в помещении никого нет. А хотя…

— Ползун? — негромко позвал я и сразу почувствовал присутствие с той стороны занавески своего самого первого голема.

Миг спустя рядом с моей кроватью возник как из-под земли земляной голем. Эта гора камней, земли, песка, кусочков металла не обладала способности к мимике. Да у этого голема даже лица не было! Но я точно знал, что сейчас Ползун счастливо улыбается, у него чуть ли не текут по щекам слёзы умиления и счастья.

Я протянул к нему руку и он, совсем по-собачьи, ткнулся в неё своей верхней частью тела.

— Ползун, а где все…? На улице…? Позови кого-нибудь, пусть вещи мои принесут.

Голем после моих слов исчез столь же стремительно, как и появился. Буквально через минуту шторка отлетела в сторону, и передо мной появилась Аня, затянутая в «горку» и с бейсболкой светло-коричневого цвета, под которой спрятала свои волосы.

— Витя, ты как⁈

— Отлично, Анют, — я широко улыбнулся и сел, накинув на плечи расстёгнутый тёмно-синий спальный мешок, которым кто-то меня укрыл, как одеялом. — А вот смотрю на тебя сейчас и вижу, что ты далеко не в форме. Что случилось?