Ударив дважды по противнику без всякого результата, я отпрыгнул назад и чиркнул себя по ладони мечом.

«Блин, больно… переборщил с раной, — зашипел я от глубокого пореза. — Хоть бы на лезвии не было никакого яда или чар».

Впрочем, если я не избавлюсь от эльфа с плащом в ближайшие секунд двадцать, то мне будет уже глубоко фиолетово на то, есть ли яд на трофейной спате ли там смертоубийственные чары, которые уже стали меня медленно убивать.

Как только потекла кровь по пальцам, я резко взмахнул раненой рукой, разбрызгивая алую жидкость впереди себя. Что-то попало на стены, на пол, но больше всего досталось моему противнику.

— Аккара фанк! — крикнул он на незнакомом мне наречии и вновь закрылся щитом от меня. Да ещё и отступил назад, выставив впереди себя меч. — Даллан тшиха.

— Хуиха! — передразнил я его и вновь взмахнул ладонью, которую держал «лодочкой», чтобы набрать побольше крови.

Бросок оказался точным: кровь попала в лицо эльфу, который не успел спрятаться за щитом полностью. Мало того, угодила ему в глаза.

— А-а-а! — дико заорал он и прыгнул на меня. Точнее, на то место, где я только что стоял. За миг до этого я сдвинулся в сторону, пропустив ушастого плащеносца слева от себя. И только собрался ткнуть его в открывшийся бок клинком, как эльф сам свалился мне под ноги и забился в корчах.

Ну да, сейчас моя кровь стала сильнейшим ядом. Куда там химии в минах, которые не так уж давно падали на головы ликанонским солдатам. И не только яд, но и отличный взломщик магического щита. Правда, это мне дорого обошлось, и я едва не свалился на своего противника сверху, заработав сильнейший упадок сил от использования Дара. Если бы кто-то из караульных решил бы сейчас прийти на помощь своему командиру, то легко бы зарезал меня. Хорошо хоть, что после нападения големов они побросали свои арбалеты и схватились за мечи. А до этого плащеносец закрывал меня своим телом.

Прорыв сквозь караулку занял несколько минут и стоил мне сильнейшей усталости и нескольких големов. Уцелела лишь пара: змейка и бабочка. Прочих эльфы сбили на пол и растоптали. Но и из четвёрки караульных никто не выжил, хотя двое имели при себе защитные амулеты. Одного помог прикончить я, забрызгав кровью, которая продолжала течь из пореза. У второго амулет разрядился после нескольких атак одной из бабочек. Жаль, что крылатый голем после этого погиб, попав под сапог, но за него отомстила змейка, ужалив в ногу его убийцу.

Это была самая тяжёлая и кровопролитная схватка.

Несколько минут я изображал овощ, сидя у стены, к которой привалился спиной. Сил не было, желания что-то делать — тоже. Целительский браслет едва справлялся с негативными эффектами, которые сейчас терзали мой организм. Мне бы полчаса-час тишины и покоя с хорошей едой, тогда бы я быстро восстановился. Да только кто ж мне их даст-то сейчас?