— В тебе точно есть наша кровь, ведь ты муж Рогнеды и у вас между собой крепкая связь.
— А откуда ты узнала, что я могу это сделать?
— Узнала вот, — пожала она плечами, но потом смилостивилась и пояснила. — Ты сам, когда узнал о беде с женой, с Анной, и приехал сюда, то несколько раз говорил сам с собой, что это твоя вина, не нужно было делать простого человека магом. Мне стало интересно, и я вчера поговорила с ней.
«Как этот мир ещё цел, учитывая разрушительную силу женского любопытства и женской болтливости», — вздохнул я про себя.
— Сделаешь? — она вопросительно посмотрела на меня.
— Сделаю, но за последствия не ручаюсь. И заранее предупреждаю, что таких процедур нужно несколько, чтобы почувствовать результат.
— Несколько, так несколько. Когда Рогнеду освободим, то времени на это будет много, — беззаботно махнула та рукой, словно дело уже решённое.
Я едва сдержался, чтобы не опустить Филлиаэлигрру с небес на землю с её фантазиями. Увы, приходится почти со всем соглашаться, пока она крепко держит меня за горло. И заодно надеяться, что за время пути к аномалии она ещё что-то не попросит. Вообще, девчонка почти не знала, что такое компромиссы. Она старательно и упрямо, как танк, пёрла вперёд, считая, что есть лишь её мнение и неправильное. Приходилось частенько её осаживать. Да и Рогнеда в нашу единственную встречу в самом начале показалась тем ещё фруктом. Сравнивая обеих молодых дракониц, я мысленно передёргиваюсь, когда представляю, что в скором времени мне придётся иметь дело с взрослыми драконами.
Впрочем, до этого момента ещё нужно дожить, а пока мой отряд искал подходящий пятачок для посадки недалеко от временной аномалии, до которой добрались за две ночи. Для одного-двух летающих големов площадок хватало, но не для того, чтобы уместить всех трёх и осталось бы место ещё и для небольшого лагеря дружинникам с големами. Мало того, огромный «чинук» один занимал большую часть таких площадок. Дополнительные трудности создавала окружающая темнота. А до рассвета, когда можно будет без фонарей или «ночников» осматриваться по сторонам, ещё около часа.
— Вон там вроде бы хорошее место, — указал мне Тесак куда-то вправо. — Только нужно часть деревьев срубить.
— Сейчас големов спущу, и они всё сделают, — ответил я ему.
Когда я прочитал, что аномалия скрыта среди болот, то я представил бескрайние топи — мох, трава, камыш, гнилые пеньки и вода. В реальности же всё было несколько по-другому. Нет, всё вышеперечисленное присутствовало, но весь этот мох с водой составлял меньшую часть болот. Чего тут было много, так это камней. Огромная территория буквально состояла только из них. Скальные плиты, скальные утёсы и между ними стоячая вода. Полно было расселин, глубину которых было невозможно определить. Мох и водные растения скрывали миллион ловушек: от трещины, где можно было сломать ногу, до бездонного провала с ледяной водой, который в секунду проглатывал неудачника, упавшего в него. Опасных хищников не водилось, им было просто нечем питаться в этих местах. Но и так любому отряду, решившему добраться до центра болот, придётся несладко и без потерь не обойдётся. Правда, таких желающих вряд ли было много. Ресурсов полезных нет, древних руин тоже, с растениями и животными дело обстояло аналогично. А про временную аномалию мало кто знает. Может, даже и никто, если вампиры серьёзно подошли к делу сохранения тайны. Я бы на их месте тут всё заминировал, если бы от аномалии зависела сила моего рода.