Эльф, который возжелал со мной встречи, выглядел лет на сорок пять. Разумеется, в сравнении с человеком. А вот эльфийский возраст я не научился распознавать. Правда, и не старался учиться этому. Зачем?

Высокий рост, худощавое телосложение, очень скупые и плавные движения, чуть вытянутое лицо и длинные светло-русые волосы, связанные на затылке ремешком в «хвост», а на лице прикрываемые капюшоном меховой куртки.

— Господин граф, позвольте представиться. Глава Старшего Дома Тёмная Вода Дофаэн А’Лоти, — произнёс эльф, подойдя к моему столу и кивнул на лавку за ним. — Позволите?

— Присаживайтесь, Дофаэн, — ответил я. — Можете обращаться ко мне по имени.

— Можно перейти сразу к делу или вы желаете задать какие-то вопросы? — поинтересовался он, когда устроился напротив меня за столом.

— К делу. Вопросы потом.

Всё случилось чуть более пятидесяти лет назад, когда Дом Тёмной Воды влез в серьёзную интригу между другими эльфийскими Старшими Домами. Несколько лет шла вялотекущая грызня и активные подковёрные выступления. В один прекрасный момент та сторона, которую представляли «тёмноводцы» проиграла. На выживших мигом свалили все грехи, обвинили в предательстве, назвали еретиками и так далее. Кого-то казнили — магов и опытных воинов — других изгнали, которые не представлял особой опасности для победителей. Ко всему прочему изгнание было тоже своеобразной казнью. Ведь эльфы лишались львиной части той маны, что испускали мелорны. И чем дальше ушастые отверженные уходили от Лесного царства, тем хуже они себя чувствовали. А вернуться назад — никак. Пограничники и патрули специально ждали своих бывших сограждан, чтобы с удовольствием лишить их жизни.

Изгои не умирали от нехватки «правильной» маны, ничего такого не было и в помине. Не страдали они и от тяжёлых болезней. Иначе та же Лина давно бы отправилась на тот свет, как и многие рабы эльфы. Я бы назвал их состояние вечной акклиматизацией. Неприятно, но не смертельно.

Дофаэну А’Лоти в каком-то роде повезло получить тяжелейшее ранение в последней стычке перед поражением. Верные ему эльфы сумели вывести Главу из Лесного царства и скрыть в человеческих городах. За то время, пока мужчина провалялся на больничной койке, пользуемый обычными лекарствами без капли магии, стало уже поздно. Все, на кого он мог положиться или попросить помощи, либо были казнены, либо они порвали все связи с изгоем и первыми же его сдадут, реши он обратиться к ним. Мало того, от его Дома не осталось никого, совсем никого. Он был последним из Тёмной Воды. Его семья выжила во время многолетней грызни, но была казнена победителями, пока мужчина страдал на больничной койке.