— «Очистные сооружения на предприятиях химической и металлургической промышленности».

С последним дипломным проектом было хуже всего — в том плане, что имеющийся в ИМТУ зал категорически не вмещал всех желающих. Часть мест зарезервировали уважаемые профессора, другую часть — еще более уважаемый Дмитрий Иванович Менделеев. Да не один, а с целым выводком своих учеников! За оставшиеся же (весьма немногочисленные) места соперничали промышленники, желающие как можно быстрее узнать — как превратить бесполезные отходы своего предприятия в стабильный ручеек прибыли.

— Эх-ха, начнем грызть гранит науки.

Поглядев на три папки, Александр вдруг решительнейшим образом восхотел чуть-чуть подремать. Никак не больше ста восьмидесяти минут… На каждое ухо.

— Да ну его к черту, попозже догрызу!..

Начав служить на новом месте, Гликерия Орлова уже к вечеру поняла, что ни много ни мало — обрела работу своей мечты. Потому что первым же делом его сиятельство отправил гувернантку в один из особняков Сестрорецка, приводить свой внешний вид в полное соответствие с положениями контракта. Мало того — еще и за его счет! Как он там выразился (довольно непонятно при этом улыбнувшись):

— Обеспечение вас рабочей одеждой есть моя прямая обязанность как работодателя.

Особняк же оказался не просто каким-то там строением, а салоном дамской одежды, и встретили в нем девушку так, словно уже давно заждались: непрерывный хоровод полудюжины хорошеньких закройщиц и портних, короткие распоряжения властной женщины, представившейся Зинаидой Меркуловной, — и настоящие водопады ткани. Да какой! Блестящий холод гладкого шелка, тончайшая английская шерсть, мягкое тепло хлопчатобумажных отрезов… А еще были черные и белые кружева, альбом с фотографиями шляпок, обуви, перчаток, нижнего белья и прочих, самых разных женских мелочей, постоянные примерки и мимолетные вопросы — отвечая на которые она неожиданно рассказала чуть ли не всю свою немудреную биографию. Впрочем, и сама Гликерия тоже немало узнала. Например, откуда в Сестрорецке завелись на диво хорошие портнихи: как оказалось, начало их появлению положил управляющий Сестрорецкой оружейной фабрикой господин Герт, у которого во всей его многочисленной семье был только один мужчина. Он сам. И по магазинам Иммануил Викторович ходить крайне не любил, а еще больше ему не нравилось отрываться от любимой работы, уезжая куда-то из Сестрорецка. Зато на фабрике как раз был швейный цех, денег же у любимого мужа и обожаемого отца хватало, так что… А после первых же результатов этот почин подхватили и начальники цехов. За ними встрепенулись городские модницы, проявили интерес дамы, приезжающие с супругами отдохнуть в курортный городок, — и как-то уж так получилось, что городское отделение швейного цеха потихоньку превратилось в полноценное ателье-салон дамской одежды и аксессуаров «Модница». Причем салон этот был далеко не рядовой, ибо за количеством клиентов не гнался, тем самым невольно создавая атмосферу некоей элитарности.